Книга Выбери меня! или Двойное счастье после развода, страница 49 – Елена Амеличева

— Не завидуйте, - ответила я. - Не каждому выпадает такое архитектурное испытание характера.

Демон перевел взгляд на меня. О, этот взгляд. Неторопливый. Внимательный. Слишком собранный. Я прямо почувствовала, как в моем доме внезапно стало меньше воздуха и больше потенциальных осложнений.

— Признаться, - произнес он, - ожидал худшего.

Я чуть склонила голову.

— Вы очень плохо думаете о моем вкусе или о мести моего бывшего мужа?

— О вашем бывшем муже. Он производит впечатление человека, который, если уж мстит, то делает это с размахом, но без фантазии.

Я рассмеялась.

— Вы удивительно быстро его поняли.

— Это несложно. Я видел его лицо, когда вы с ним прощались.

Я сделала шаг вглубь холла, предлагая ему идти следом.

— Проходите. Только осторожнее на третьей доске у лестницы. Она скрипит как доносчик.

— Прелестно.

— Нет. Но функционально.

Мы прошли в бывшую малую гостиную, которую Грета уже успела привести в относительный порядок. Камин разгорелся, свечи горели, чай стоял на столике, а само помещение изо всех сил делало вид, будто не пережило последние десять лет в забвении и сырости. Если дом и может краснеть, этот бы, наверное, уже полыхал от смущения.

Рэйвенар снял плащ. Под ним оказался черный сюртук, сидевший на нем с тем безупречным бессовестным совершенством, какое встречается только у хорошего кроя и очень самоуверенных мужчин. Волосы чуть растрепал ветер. На сапогах подсыхала деревенская грязь, которая, как я уже заметила, на нем смотрелась не унизительно, а почти вызывающе. Ненавижу таких мужчин. Именно потому, что они слишком хороши.

— Чай? - спросила я.

— Если он не содержит перевоспитанных разбойников, то с благодарностью.

— Пока только листья. Но вечер молод.

Он сел напротив. Я тоже. Между нами стоял чайник, чашки, сахарница и то напряженное, странное, почти электростатическое молчание, которое возникает, когда два человека уже успели заинтересовать друг друга, но оба слишком умны, чтобы делать вид, будто не замечают этого.

— Итак, - сказала, разливая чай, - вы говорили, что будете здесь по делам.

— Говорил.

— И?

— Это были дела.

— Очень любопытные, надеюсь.

Он взял чашку, не сводя с меня глаз.

— Безусловно.

Ах вот как. Значит, сегодня у нас вечер тонких издевательств.

— Я начинаю подозревать, милорд, что у вас с правдой отношения еще сложнее, чем у моего бывшего мужа с верностью.

Уголок его рта дрогнул.

— Это несправедливо. Я, по крайней мере, стараюсь лгать красиво.

— А он, значит, нет?

— Он вообще не старается.

Чай был горячий. Хороший. Крепкий. Я отпила глоток и решила, что на голодную голову такого мужчину выдержать было бы значительно труднее.

— Тогда скажите честно, - произнесла я. - Зачем вы приехали?

Он поставил чашку. И ответил без обычной усмешки, что было даже хуже:

— Убедиться, что вы доехали.

На секунду я замолчала. Очень глупо, между прочим. Я вообще-то умею отвечать быстро. Но некоторые фразы уколом входят под кожу и на мгновение выбивают воздух.

— Это... неожиданно заботливо, - сказала наконец.

— Не привыкайте, - мягко заметил он. - Я все еще демон. Мы крайне нестабильны в бытовых проявлениях участия.

— Жаль. Я уже почти начала строить иллюзии.

— Не советую. Они идут вам меньше, чем сарказм.

Ох. Вот мерзавец. Красивый, наблюдательный, своевременный мерзавец. Я поставила чашку на блюдце чуть громче, чем требовали манеры.