Книга Школа. Никому не говори. Том 5, страница 46 – Руфия Липа

— Да уж! Дерьмо будет ещё какое! – согласился Тимофей и задумчиво вздохнул. Теперь Поспелова точно ушла навсегда из его рук. Бесповоротно и окончательно.

* * *

Сэро ставил поднос с посудой на подоконник раздаточного окошка, когда из пустого тёмного коридора донёсся возбуждённый шум вперемешку с топотом десятков торопливых ног.

— По нашу душу! – недовольно хмыкнул он и приготовился к потасовке. Люба, едва успев успокоиться, опять не на шутку перепугалась и интуитивно спряталась за спиной приятеля.

Орава, спешившая хвостом за Виноградовой на разборки, не пролезла в дверной проход, благополучно в нём застряв. Повеса усмехнулся, видя, как чья-то рука, торчащая из коридорной темноты, лихорадочно дёргает и так болтавшийся на соплях шпингалет, чтобы распахнуть вторую половину двери.

— Да свалите вы с дороги, уроды!!! – Камилла, грубо отшвырнув кого-то вбок, ворвалась в помещение разъярённой волчицей.

Ибрагимов, видя летящую на него фурию, даже не шелохнулся, хотя играть в предстоящем спектакле ему не особо улыбалось. Хитровато-весёлое выражение его смышлёного лица сменилось на гадливо-брезгливое.

Виноградова резко притормозила в паре шагов. Рассудок пробился сквозь безумие и вернул девочке осторожность. Столкнулись в молчании её жгучая разъедающая ненависть и его холодное небрежное равнодушие.

Уверенная в своей женской правде, десятиклассница сверлила взглядом лицо своенравного парня, который поиграл с ней, публично унизил, а теперь вытер ноги об её девичью гордость своими закулисными играми. Но остудили Камиллин пыл не грехи красавчика, а его обидное, оскорбительное поведение здесь и сейчас. Юноша смотрел на неё так, будто она – пустое место и его совсем не колышет прошлое между ними.

Брюнетка болезненно припомнила, как не раз тянулась к Ибрагимову за поцелуем, а он не спешил её им одаривать, как потакал её самоуверенности и дарил ложные надежды, как ускользал каждый раз из рук, едва она усиливала хватку. Обиженная старшеклассница застыла несмелой статуей, чувствуя, как слепая ярость капитулирует, уступая место малодушию.

Сэро надоело играть в гляделки с растерявшейся девицей. Тоже ему, картина Репина! Он презрительно скривился, высокомерно приподнял бровь, чем дал понять несостоявшейся пассии, что раунд окончен. Его совести было плевать на Камиллины чувства. И Виноградова, будучи дамой неглупой, всё прекрасно поняла. Извинений она никогда не дождётся, а мстить нахалу опасно для своей же шкуры. Одного публичного унижения хватило по горло.

Остальные зеваки, что бежали по коридору, приплясывая от возбуждения, потому что боялись прошляпить грязный концерт на чужих костях, уже вкатились по очереди вовнутрь и соорудили массовку в форме полукруга за спиной Камиллы.

Едва Поспелова, набравшись духу, решилась показаться из-за спины Ибрагимова, воздух столовой насквозь пропитался праведной ненавистью. Школьники скучковались, будто по команде, единые в твёрдом намерении не дать уйти без оплеух виновнице случившегося шухера.

Люба знала, с какой целью одноклассники прибежали вслед за Камиллой. Почему здесь торчала недалёкая Лёвочкина, которая в своей манере услужить поспешила слить брюнетке всё, что увидела, не думая о последствиях. Зачем здесь оказались Близнюк, Лыткина да остальные из четвёрки. По какой причине в первых рядах застолбились Илютина и Бутенко.