Книга Школа. Никому не говори. Том 2, страница 42 – Руфия Липа

Приятели заржали, и близнецы вместе с сопровождавшей их компанией вышли на воздух. Тимон через силу приподнялся с пола. До него донёсся обрывок диалога уходивших прочь близнецов.

— Имир, иди сегодня сам. У меня важная дипломатическая встреча с одной нежной фиалкой.

— С кем это?

— С Любой.

— Ну так пошли втроём, в чём проблема?

— Мне с ней поговорить надо с глазу на глаз. О своём, о личном. Прояснить кое-что.

— Что случилось?

— Ничего серьёзного, не парься! Чисто дружеский разговор. Гарантирую!

«Что ещё за Люба?.. Мокрощёлка какая-нибудь! – шатен брезгливо поморщился. – Твою ж за ногу, как больно!»

По икрам от удара как будто ножом резанули. Солнечное сплетение и почка стреляли снопами мучительных колик.

Цыган не просто бил, лишь бы кулаками махать сдуру. О нет, упырь знал, куда метить и как бить! И самое страшное – Ибрагимов умел наносить удары так, чтобы противника сразу парализовывало от шока и боли. Быстрый, ловкий, сильный и профессионально натренированный гад.

Это был второй раз, когда Тимон огрёб от Сэро. С Имиром он не сталкивался, но был уверен – заносчивый, высокомерный козёл ещё опаснее, чем его обаятельная копия.

Послышалась трель звонка. Последний урок окончен. Сейчас в туалет набегут всякие рожи, а Тимофею очень не хотелось, чтобы школьники увидели его в таком виде: джинсы в моче и брызгах блевотины, левая щека и волосы в дерьме. Мальчишка руками отёр следы кала и рвоты и вышел наружу.

«Пойду встану у восточных ворот. Илюха и Мот должны догадаться, что что-то произошло! Принесут туда мои шмотки и куртку из раздевалки захватят… Хоть бы о стычке другие в школе не прознали!.. Чёрт! Вот позорище будет!» – хромая и держась за живот, раздетый Степанченко, сжавшись от холода, поплёлся к выходу со школьной территории.

Под аккомпанемент звонка с последнего урока Любино сердце сплясало чечётку. Решив, что Сэро записал её во вруньи и личные враги, девочка ничего приятного от предстоявшей беседы не ожидала.

Воображение разыгралось по самое «не балуйся». Попробовать не явиться – хуже будет. Юноша предупредил несколько раз о последствиях подобной выходки.

«Люба, будь храброй! С тобой уже случалось много чего плохого. Одной неприятностью больше, одной меньше – переживёшь!» – успокаивала себя школьница, одеваясь в гардеробе.

Главное, чтобы Сэро на неё руку не стал подымать. Это был наихудший расклад событий для Любы, и она старалась любым способом о побоях не думать – от мысли, что мальчик замахнётся, Поспелову начинало трясти крупной дрожью.

Ноги еле волокли тихоню с территории школы. До пересечения Красной и Набережной – два квартала. Если идти очень-очень медленно, то получится оттянуть время столкновения на полчаса и больше. Хорошая идея! Возможно, Ибрагимову надоест ждать, и он уйдёт. Точно!

«А если его не будет, скажу, что не дождалась и ушла! Хотя нет – неудачная идея. Не прокатит».

Выйдя за школьные ворота, Поспелова с ужасом осознала, что не прокатят абсолютно все планы побега. За выходом, в паре метров от ворот, на тротуаре толпилась пацанская кучка, и в её составе торчали оба Ибрагимовых.

Сэро сразу приметил ровесницу и начал пристально провожать взглядом. Люба словила его внимание и, испугавшись, притворилась, будто по сторонам да под ноги смотреть куда интереснее, чем рассмешила парня. Ровесник, наблюдая, как тихоня, увязнув по щиколотки в мокрой грязной траве на обочине, обходит подальше его компанию, от души забавлялся.