Книга Опасное наследство мисс Прайс, страница 7 – Наталья Дягилева

К слову, пудреница за свое поведение была оставлена сторожить дом. Не хватало еще, чтобы она смущала меня своими комментариями в первый же день расследования.

Элиас Хоторн встретил меня с теплотой. Его кабинет был заставлен стопками папок с документами, но во всем чувствовался порядок.

— Мисс Прайс, спасибо, что пришли, — сказал он, поднимаясь мне навстречу. — Признаться, мы немного зашли в тупик, свежий взгляд будет очень кстати.

Он предложил мне сесть за свободный стол, а сам выглянул в коридор:

— Мейбл, будьте добры документы!

В кабинет заглянула хорошенькая блондинка в синем платье с волосами уложенными на затылке в безупречный узел. Если бы я пришла в таком виде, Алистер бы точно решил, что я пытаюсь его поразить. В последний раз я выглядела так аккуратно в восемь лет, когда бабушка заказала художнику мой детский портрет.

Мейбл с вежливой улыбкой положила передо мной два листа:

— Расписаться нужно здесь и здесь.

— Формальности, — объяснил с извиняющейся улыбкой мистер Хоторн. — Договор о неразглашении. Стандартная процедура для всех, кто не является штатным сотрудником.

Я пробежала глазами по документам и поставила подпись.

— У меня тоже для вас кое-что есть, — я достала из сумки бумаги и протянула их Хоторну. — Здесь все, кого я смогла вспомнить: это люди, которым распродавали артефакты дедушки после его смерти. Список далеко не полный, я тогда не принимала в этом участие… Но возможно будет полезен.

— Прекрасно, — поблагодарил меня мистер Хоторн, а сам водрузил на стол передо мной три увесистые папки. — А это наши документы по серии краж. Просмотрите, а потом задавайте вопросы, если будут. Может, вы увидите то, чего не видим мы.

Мне захотелось присвистнуть: чтобы с таким ознакомиться, уйдет целый день.

Я пододвинула папку, но одна мысль никак не давала сосредоточиться на чтении. Я помедлила и все-таки решилась спросить:

— А мистер Вейн тоже занимается этим делом? — я надеялась, что в голосе не звучит ничего кроме праздного любопытства.

— Да, но сейчас его отвлекли другом вопросом, — ответил Хоторн. Если ему и не понравился мой вопрос, он этого ничем не показал. — В порту перехватили крупную партию пыльцы пикси, он участвует в задержании.

Обработанная особым образом, пыльца пикси обладала галлюциногенным эффектом и вызывала эйфорию и сильное привыкание. Закон строго запрещал её распространение, но на улице, где располагалась моя лавка, было не так уж сложно встретить человека со сладкой поволокой дурмана на глазах.

К горлу подступило беспокойство, но я отогнала его. Вот уж кто точно не нуждался в моих переживаниях, так это Алистер. Этот человек обладал почти сверхъестественной способностью бросаться в самую гущу событий и выходить из них невредимым.

— И все-таки вы не объяснили вчера… Как вышло, что лорд-инквизитор лично занимается серией ограблений? Разве у него нет дел важнее?

Неужели только потому, что в преступлениях оказались замешаны работы моего дедушки?

Хоторн вздохнул, снял очки и, дыхнув на них, аккуратно протер стекла:

— Обычно есть. Но когда вы ознакомитесь с документами, то сами все поймете. Одна из жертв, леди Амелия Фэйрчайлд, вдова, убитая в своем доме три недели назад, приходилась родственницей Её Величества. Так что дело оказалось на личном контроле у дворца, а потому и у лорда Вейна. Как вы понимаете, все мы теперь стоим на ушах.