Книга Невидимка для босса, страница 41 – Ольга Граф

И это было интимнее любого поцелуя.

— Значит, — сказала я, стараясь удержать голос лёгким, — вы решили, что я не разрушу ваш порядок?

Он наклонился чуть ближе.

— Я решил, что вы разрушите его правильно.

— Это звучит как приглашение к преступлению, — пробормотала я.

— Это звучит как правда, — тихо ответил он.

И вот тут он впервые за весь день сделал движение, которое не было “контролем”: его ладонь легла мне на талию. Не грубо. Не властно. Просто как факт: вы здесь, со мной, и я не хочу, чтобы вы делали вид, что это ничего не значит.

У меня пересохло во рту. Я улыбнулась — упрямо, потому что иначе я сейчас начну выглядеть слишком мягкой.

— Мы всё ещё на “вы”, — напомнила я.

Его взгляд стал тёмнее.

— Да.

— Тогда давайте тренироваться, — сказала я.

Он чуть приподнял бровь.

— Что именно?

— Переход, — сказала я. — Если завтра нам надо звучать естественно… мы должны сделать это осознанно. Сейчас. Иначе будет фальшь.

Он смотрел на меня секунду. Дольше. Будто взвешивал, насколько это безопасно.

— Хорошо, — сказал он. И это прозвучало так, будто он подписал новый контракт, только этот контракт был между нами.

Он сделал вдох — и произнёс:

— Марта… давайте перейдём на ты.

У меня внутри что-то щёлкнуло. Не от слов. От того, что он сказал это именно так: попросил. Сформулировал. Сделал шаг навстречу.

Я улыбнулась мягко, но не слабой улыбкой — своей, хищной, уверенной.

— Хорошо, — сказала я. — Кирилл. На ты.

Он чуть замер, как человек, который услышал своё имя без отчества и понял, что назад уже не отмотать.

— Отлично, — сказала я. — Теперь у нас впереди ночь.

Его взгляд мгновенно стал острым.

— В разных спальнях, — уточнил он.

— Конечно, — я кивнула. — Я же не сказала, что ночь будет удобной.

Он молчал. Но ладонь на моей талии не убрал.

Я посмотрела на него, и впервые за долгое время мне захотелось не укусить словами, а проверить, насколько он правда умеет быть живым.

— Ты понимаешь, что ты привёз меня в своё тайное место, — сказала я тихо. — И теперь мне не получится сделать вид, что это просто работа.

Он наклонился ближе.

— И ты понимаешь, — ответил он так же тихо, — что я не привожу сюда людей просто так.

У меня внутри поднялась волна — тёплая, опасная, такая, от которой хочется либо смеяться, либо молчать.

Я выбрала привычное:

— Тогда не удивляйся, если я ночью буду плохо спать, — сказала я. — У меня аллергия на… слишком личное.

Он наконец убрал ладонь. Медленно.

— Привыкай, — сказал он.

— Не дождёшься, — ответила я.

Но когда он повернулся и пошёл показывать спальни, я вдруг поймала себя на мысли: я уже привыкаю.

И это было страшнее любой статьи.

Потому что впереди первая ночь в доме Вяземского. В его тишине. В его правилах.

И на разных кроватях — да.

Только вот воздух между нами уже давно не на расстоянии.

Ночь в доме Вяземского была слишком… сложной. Просто отвратительно неприлично сложной.

Как место, где тебе не мешают, но и не дают забыть: ты здесь не хозяйка. Просто человек, которому временно разрешили дышать этим воздухом. Гостиная с высокими окнами, кухня, где даже холодильник гудел как-то интеллигентно, и спальня на втором этаже, в которой я ворочалась уже третий час.

Я лежала и слушала тишину. Не потому что боялась — просто мозг решил, что раз у нас теперь задание под прикрытием, то надо хотя бы держать ухо востро. Где-то за стеной спал он. Вяземский. Человек, который утром будет смотреть на меня с той же деловой холодностью, с какой подписывает отчёты. А я буду смотреть на него и думать: интересно, он вообще выключает голову или спит с открытыми глазами? И главное — когда между нами всё пошло не по плану.