Книга Ипотечная жена по совместительству, страница 27 – Аделаида Дрозд

Они молча передавали друг другу кружку, отпивая по глотку горячего, терпкого чая. Это молчание было уже другим. Не враждебным и не неловким. Оно было уставшим, общим.

— Спасибо, — наконец тихо сказала Злата, глядя на пар, поднимающийся над кружкой.

— За тапок? — уточнил Егор, принимая свою очередь пить.

— За… оперативность. Я бы там, наверное, застыла до утра.

— Не за что. Это стратегически важный объект. Нельзя допустить оккупации.

Он сказал это совершенно серьёзно, и это было так на него похоже, что у Златы невольно дрогнули уголки губ. Почти улыбка.

Они допили чай, и тишина снова стала комфортной. Казалось, ледокол быта сделал первый, крошечный сдвиг. И тогда они услышали новый звук. Не скрип, не гул. Чёткий, размеренный, навязчивый. Кап. Кап. Кап.

Злата и Егор одновременно подняли головы. Звук доносился из ванной. Они переглянулись, и в глазах Егора снова появилась та самая сосредоточенная серьёзность, которая была у него в банке. Он поднялся и пошёл на разведку.

Злата последовала за ним. В свете лампочки в ванной комнате они увидели это. С потолка, из места, где труба уходила в перекрытие, медленно, с интервалом в две секунды, падала тяжёлая капля воды. Она звонко ударяла о чугунный бортик старой ванны, оставляя на нём ржавое пятнышко.

Егор вздохнул. Злата закрыла глаза на секунду.

— Ну что ж, — сказал Егор, и в его голосе прозвучала не паника, а скорее смирение перед неизбежным. — Добро пожаловать в мир ремонта.

Они стояли вдвоём перед этой медленно точащейся протечкой, под размеренное капанье, в своей новой, чужой, заражённой тараканами и протекающей крепости. И как-то странно, но теперь они чувствовали себя не двумя случайными людьми в одной ловушке, а скорее… расчётом. Которому только что выдали первое боевое задание.

Утро было серым и нерешительным, словно день сам не знал, стоит ли начинаться. Просыпались они по отдельности: Злата от того, что луч холодного света упал ей прямо на лицо, Егор — от скрипа водопроводной трубы за стеной. Они не говорили друг другу доброе утро. Просто встали, разошлись по разным углам полупустой квартиры и через полчаса встретились на кухне у того самого чайника, который наливался на двоих.

Протечка в ванной капала с тем же методичным упрямством, что и ночью. Теперь, при дневном свете, это выглядело не как мелкая неприятность, а как официальное объявление войны.

— Нужен план, — сказал Егор, его голос был хриплым от утреннего безмолвия. Он отхлебнул чаю и поставил кружку на пол. — Обыскать территорию. Составить список.

И они пошли. Сначала вдвоём, потом рассредоточились, каждый со своим блокнотом и карандашом. Злата нашла детский набор с карандашами-пазлами, Егор — технический блокнот в клетку.

Квартира под лучами утреннего солнца оказалась не просто старой. Она была откровенно больной.

Гостиная (она же коридор, она же будущая спальня): — Обсыпающиеся обои под потолком. Рисунок — неопределённые коричневые цветы, похожие на забытые пятна. Запись Златы: ОБОИ. ВСЕ. СРОЧНО. УБРАТЬ.

Паркет в углах скрипит и местами вздулся, будто пытаясь сбежать от стены. Запись Егора: Паркет — проверить лаги, возможно, локальный ремонт.

Розетка у окна искрила, когда Злата попробовала воткнуть в неё зарядку. Общая запись, подчёркнутая трижды: ЭЛЕКТРИКА. ОПАСНО.