Книга Исключение из правил, страница 55 – Татьяна Берест

А сам — чертов рефлекс — ищу глазами Алису.

Пацаны на берегу выстроились в ряд. Притихли, рты пооткрывали. Алиса стоит на краю черной резины, над водой. Солнце бьет по ней, очерчивая каждую линию ее точеной фигуры. Она вальяжно заводит руки за голову, потягивается. Мокрый спортивный топ натягивается, подчеркивая высокую, упругую грудь, на животе прорисовывается безупречный рельеф мышц. Совершенная. Ни грамма фальши, чистая, молодая, взрывная энергия.

Она слегка приседает, пружиня на ногах, и без малейшего усилия, словно в ней вообще нет веса, толкается от резины.

Идеальное, мощное сальто назад.

Она зависает в воздухе на долю секунды, прорезая телом солнечные лучи — так красиво, что дышать забываешь, — и входит в воду, как стальной клинок. Мягко, точно, почти без брызг.

Пацаны взрываются свистом, улюлюканьем и аплодисментами. Алиса выныривает, отбрасывает назад мокрые волосы, проводит ладонями по лицу и хитро щурится на своих зрителей.

— Запоминайте траекторию, пацаны! — летит над водой ее голос. — Дважды бесплатно не показываю. Тренируйтесь!

Грудина сжимается до тошноты.

«Вот так всё и должно быть. Так, Алиса. Свист пацанов, восхищенные взгляды ровесников, адреналин, смех, лето и полная свобода. А не мои заморочки, не вечные графики, чужие дети, поездки по врачам и вечера, где нужно молчать».

Стискиваю челюсти так, что скрипят зубы.

Ну как же, сука, больно. Уже сейчас так больно, что хоть выть садись. А ведь я еще даже не начал ее отпускать.

Стою по пояс в воде. Ева висит на моей левой руке. Сбоку, подплывает одна из старших девчонок. Сверлит меня требовательным взглядом.

— Здрасьте, Фарид Азамович! — выдает она. — А помните, мы в прошлом месяце на фест ездили? Нас там фотограф щелкал, а фоток ни в группе, нигде так и нет. Они вообще будут или всё?

Заставляю себя сфокусироваться. Вырваться из собственных мыслей.

— Будут, — отвечаю ровно, стараюсь звучать как обычно. — Фотограф сырые исходники не отдает. Сейчас свет сведет, лица вам замажет, где моргнули, и на днях закину ссылку на облако в ваш чат. Не паникуй, выложите вы свои сторис.

С берега летит зычный голос Натальи Сергеевны:

— Фарид Азамович! Пока у нас тут никто благополучно не утонул, давайте закругляться! Там газель пришла, надо разгрузить.

Перекидываю Еву на другое плечо.

— Принял, Наталья Сергеевна! — кричу в ответ. — Дайте им десять минут и гоните на берег сушиться! Сейчас выйду, всё разгрузим!

Голова идёт кругом. До пульсации в висках. Хочется набрать полную грудь воздуха и заорать на весь лес так, чтобы сосны задрожали: «Да отъебитесь вы все от меня! Просто оставьте в покое!»

Не могу сделать ни шагу. Не могу думать. Стою посреди озера в окружении толпы людей и чувствую, как иду ко дну. Как просто захлебываюсь собственной беспомощностью и тоской.

В паре метров от меня, двое здоровых пацанов со смехом сцепили ладони в замок. Алиса, хохоча вместе с ними, легко опирается ладонью на плечо одного из парней и ставит узкую стопу на их руки. Пацаны синхронно подкидывают ее вверх.

Она взмывает над озером — гибкая, мокрая, нереальная. Взлетает высоко, безупречный прогиб спины, хищная кошачья грация в каждом движении. Она входит в воду идеальной рыбкой, оставляя после себя лишь расходящиеся круги и восторженный ор подростков.