Книга Мажорка на перевоспитании, страница 24 – Мира Форст

— Куницына, через десять минут представление начинается.

— Переживаешь, что не приду? Соскучился? – поддела его.

— Не льсти себе, – различила усмешку в голосе Матвея. – Твой билет у меня. Ждать больше пяти минут не стану.

Я подъехала к летнему театру через пятнадцать. И капитан ждал меня. Красная искорка сигареты освещала его лицо в вечерних сумерках. Завидев меня, он выдохнул облако дыма, выбросил окурок и затушил его ботинком.

— Ты определенно не из экологической полиции, – подошла к нему.

— А ты явно не монахиня, – бесстрастно разглядывал он мой нескромный наряд.

— Дашь мне мой билет? – остановила порыв взять Волкова под руку.

— Пойдем, – развернулся он ко входу в шатер.

— Тебя манерам не учили, капитан? Например, даму вперед пропускать, – не нравилось мне чувствовать себя собачкой, бегущей за хозяином.

— А ты не дама, – отрезал хам. – Ты маленькая девочка, жаждущая всеобщего внимания.

— Кретин, – толкнула его при входе в зал и, углядев два свободных места возле Лешки Горелова, походкой королевы прошествовала к первому ряду.

— Ты немного пропустила, – улыбнулся мне Лешка. – Один номер всего.

— А ты чего в очках? – не замечала прежде, чтоб он носил окуляры.

Справа от меня продавилось кресло под весом Волкова, я не повернула головы в его сторону.

— Близорукость, – шепнул Лешка. – Слабая степень. Я хорошо вижу, но вот мелкие детали могу и не различить, потому и надел очки на представление. Иллюзионисты все-таки выступают, хочется все разглядеть.

Шоу было прикольным. До тех пор, пока один из иллюзионистов не решил вовлечь в свои приколы зрителей. Артист спустился со сцены и ловко снял с Горелова очки.

— Реквизит нужен, – сунул фокусник чужую вещь в шляпу-цилиндр.

— Не забудьте вернуть, чтобы я и дальше смог смотреть спектакль, – вежливо сказал Лешка.

Меня возмутила беспардонность иллюзиониста. А если бы Леша вообще без очков не видел? А вдруг они стоят три его зарплаты? Человек бережно следит за дорогой и важной вещью, а кто-то вовсе не бережно кидает их в общую кучу реквизита. И вообще… это просто наглость – брать без спроса.

Актер уронил свою шляпу. Лешины очки спланировали на дощатый пол, одна из душек отлетела.

— Упс…, – развел руками растяпа.

Вот тут мое негодование уже не могло кипеть под закрытой крышкой. Я подскочила, подобрала юбку платья и ринулась на сцену.

— Ну-ка! Что еще за упс! – схватила мужика за лацканы блестящего фрака. – Компенсируйте ущерб! Вы знаете, чью вещь испортили?

— Чью? – ошалело глядел на меня иллюзионист.

— Полковника Горелова! – повысила я Лешку в должности.

— Господа! Надо срочно исправлять ситуацию, – пытался держать мужик лицо перед притихшей публикой. – Мы же не можем лишить полковника зрения.

— Не можем! – это Петенька выкрикнул. Умница какой. Что в участке мне помогает, что здесь.

— Да… Давайте компенсацию полковнику Горелову! – пробасил Добрыня.

Коля Топольков тоже хотел что-то крикнуть, но явно сдержался из-за брюнетки, прижимавшейся к его боку. Миловидная, абсолютно не умеющая одеваться. Надо бы попросить Кольку познакомить меня с его женой, научу ее всяким штучкам, доступным любой женщине даже при малом бюджете.

— А вот и компенсация! – выкрикнул иллюзионист и извлек из кармана своего фрака абсолютно целые очки.