Книга Вернуть свое, страница 47 – Мария Зайцева

— Но я говорил правду, Насть, — неожиданно решил подать голос дракон. Снизошел до объяснений. — Ситуация такова, что все мое окружение рассматривается под микроскопом. Дети, партнеры, друзья. — Тут он помедлил и добавил, — женщины.

— Все равно не понимаю, причем тут я, — я выкинула одноразовую тряпку, которой вытирала стол, развернулась к Симонову.

— Насть, не надо притворяться глупее, чем ты есть. Я тебе уже все объяснил.

И что ты мне объяснил???

Кроме шуток дебильных?

— Я на тебя работала, — я смотрела на дракона, стараясь говорить твердо, уверенно, хотя ни того, ни другого вообще не чувствовала! — Твои люди возили меня на работу! На работу! И все! Почему тут нет твоей женщины? Почему тут я?

— Потому что все вокруг уверены, что ты и есть моя женщина, — с бесконечным терпением ответил Симонов.

— Да с чего вдруг? — повысила я голос, но потом опомнилась. В доме дети. — Я не давала повода! Я вообще не… Ох, черт… — тут до меня дошло, наконец, — ты меня специально подставил? Да? Чтоб отвести подозрения и опасность от своей реальной женщины?

— Н-да… — Симонов глубоко затянулся, выдохнул дым, — я все же был лучшего мнения о твоих мозгах…

— Вот только не надо мне рассказывать, что ты решил за мной так поухаживать! Очень вовремя! Ты наверняка знал, что у вас там… М-м-м… Проблемы назревают… А я-то думала… Что такое? Почему я?

Я села за барную стойку, закрыла лицо руками.

Вся ситуация открылась во всей ее ясности и подлости.

Не нужны были Симонову никакие мои дизайнерские потуги! Не по этому принципу он выбирал!

А я-то… Напридумывала себе… Ох, дура, боже, какая дура…

Играл со мной, как кот с мышью. Смеялся надо мной.

Да уж, его чувство юмора не всем понятно. Мерзкое оно.

Я не сразу поняла, что Симонов стоит рядом со мной. Слишком занята была оплакиванием своих розовых очков.

И потому, когда внезапно взлетела со стула вверх, увлекаемая жесткими сильными руками, не успела среагировать никак. Даже не крикнула.

Симонов посадил меня на барную стойку, и теперь наши лица были на одном уровне.

Упер руки по обе стороны от моих бедер, не позволяя сбежать.

— Сидеть, — приказал он таким тоном, что я замерла. Сидела, смотрела на него, опять словно загипнотизированная. Но теперь уже по-другому. Без очарования сильным мужчиной.

Просто боясь хищника.

— Я прошу прощения, — ровно сказал он, внимательно изучая мое лицо, — за свои слова по поводу твоей глупости. Ты сделала вполне логичные выводы. Мне бы самому именно это пришло в голову, если бы со стороны посмотрел на ситуацию. Но ты ошибаешься. Я не был в курсе про обострение.

— Я не верю, — прошептала я упрямо и горько, — Сандр прекрасно знал, что делать. Ты его готовил к этому.

— Я его готовил не конкретно к этому, — возразил Симонов, — я его просто готовил. На всякий случай. Ты реально считаешь меня монстром, способным подвергнуть своего сына опасности? Заставить его стрелять в людей? Это был крайний случай, понимаешь? Крайний! Когда по-другому никак! Ну сама подумай, если бы я НАСТОЛЬКО ЗАРАНЕЕ знал про то, что случится, оставил бы я своих детей в той квартире? В городе вообще? После всего, что в нашей семье произошло?

Я молчала.

И думала о том, что он — убедителен.

А еще о том, что психопаты всегда убедительны. И умеют выворачивать события так, как им надо.