Книга Интервью с бандитами. Будешь под нами, страница 3 – Алена Бондар, Карина Рин

— Что вы здесь делаете? — на грани слышимости произношу.

И, услышав рядом тихое хмыканье, понимаю, что настолько сосредоточилась на Беркутове, что совершенно не заметила второго. Перевожу взгляд к окну, и мои глаза сами собой округляются. Его охранник стоит возле окна, а в руке у него пистолет с глушителем.

Ох… не к добру это.

— Лера, я же предупреждал, — протягивает Беркутов и медленно поднимается с дивана.

Я бы даже сказала, вальяжно. Ему совершенно некуда спешить. Он и так знает, что полностью контролирует ситуацию. Я ловлю каждое его движение, каждый взгляд, каждое слово, пока мужчина неспешно раскидывает руки в стороны.

— Я думал, ты умнее, девочка, — произносит он, и эти слова звучат не больше и не меньше как приговор.

От спокойствия в его голосе становится куда страшнее, чем если бы он сейчас начал кричать.

И всё. Большего мне и не нужно. Организм моментально выходит из ступора. Плевать, что он там ещё скажет. Я жить хочу.

Разворачиваюсь и бегу к двери. Благо коридор у меня маленький, и я даже разуться не успела. Дёргаю за ручку, точно помня, что не закрывала дверь, но она не поддаётся.

Резко разворачиваюсь, чтобы рвануть к окну на кухне, но с размаху врезаюсь носом в мужскую грудь.

Паникуя, поднимаю взгляд и вижу прямо перед собой охранника Беркутова. Его суровое выражение лица не предвещает мне ничего хорошего. Но мужчина нагнетает ещё сильнее. Медленно поднимает оружие, и уже через мгновение холодное дуло пистолета упирается сбоку в мою шею.

Я забываю, как дышать. Как думать. Как двигаться. Кажется, я вообще забываю обо всём. Во мне остаётся жить только страх, парализующий, сковывающий каждую клеточку тела.

— Может, не будем заморачиваться и прямо здесь уберём её? — спрашивает мужчина, пристально глядя мне в глаза, но обращаясь при этом к своему начальнику.

Беркутов медленно подходит к нам, и на его лице играет ленивая улыбка. Мужчина откровенно забавляется за мой счёт. Словно для него всё происходящее не больше чем развлечение.

— Макс, ты, как всегда, мыслишь радикально, — протягивает Влад, остановившись рядом.

— А чего тянуть? — резонно спрашивает этот Макс.

И у меня сердце срывается куда-то в пятки со скоростью кометы. Я жить хочу…

Господи, как же я хочу жить. Вот так и хочется завыть в голос. Только это не поможет. А придумать, как спастись, совершенно не получается. Когда к твоей шее приставлено дуло пистолета, думать вообще становится невозможно.

Я слышу, как открывается дверь за моей спиной, а Влад неспешно заправляет малиновую прядь моих волос за ухо и смотрит на меня с таким снисхождением, будто перед ним не взрослый человек, а неразумный ребёнок.

— Девочка, зря ты не послушала моего совета, — бархатным тоном произносит он, а потом уже властно, со сталью в голосе, добавляет: — Мешок на голову. И в машину. Живо.

Мужчины моментально теряют ко мне всяческий интерес, будто я уже перестала быть человеком и превратилась в обычный груз. Я не успеваю ничего предпринять, как на моей голове оказывается тот самый мешок.

Мне тут же грубо связывают руки изолентой и, крепко схватив чуть выше локтя, буквально выволакивают из квартиры.

Под истошный крик моего внутреннего голоса:

«Нам трындец, Лерка!»