Книга Истинная (не) для волка, страница 8 – Алёна Орион

Он подался вперёд, и его взгляд намеренно, неторопливо скользнул по моим губам. Издевательски медленно он склонялся к моему лицу. Время остановилось. Мои мысли забастовали, пульс застучал где-то в висках, и я против воли перевела взгляд на его губы — чётко очерченные, тёплые, опасные. Воздух застыл в лёгких. Внутри всё потяжелело от сладкого предвкушения. Ещё секунда, и...

— Никаких «вместе» и «по-братски», — из последних сил выдохнула я ему прямо в губы, отчаянно цепляясь за остатки ведьминской брони. — Ты спишь на полу. Без вариантов.

Радим замер в миллиметре от моего лица. На его губах скользнула едва заметная, торжествующая ухмылка. Он спокойно протянул руку мимо моего плеча, подцепил пальцами стакан с янтарным виски, и плавно отстранился.

Я судорожно, шумно втянула воздух, понимая, что этот пушистый гад всё это время просто шёл к своему водопою. И прекрасно видел, как меня повело.

Радим неторопливо развернулся и пошёл обратно к камину, на ходу делая глоток. И только уже устраиваясь на овечьей шкуре, он небрежно бросил мне через плечо:

— Спорить со злой ведьмой — себе дороже, так что ладно, перебьюсь на полу. Хотя особого смысла тянуть время не вижу. Мы всё равно будем спать в одной постели, Агата.

Я аж поперхнулась воздухом от такой наглости. С чего он вообще это взял?!

— Мечтай, волчара, — как можно холоднее бросила я, изо всех сил стараясь не показать, насколько сильно меня задели его слова.

Скрывая бушующее возмущение, я буквально шмыгнула под шёлковый балдахин, с размаху задёрнула полупрозрачную ткань и залезла под лёгкое одеяло.

В темноте воцарилась тишина, нарушаемая только уютным треском прогорающих в камине дров и далёким вздохом моря. Меня колотила нервная дрожь. Я злилась, никак не могла улечься, то и дело ворочалась, взбивала подушку и сердито куталась в одеяло, прокручивая в голове его наглую реплику.

— Агата, может, прекратишь ёрзать, а просто позовёшь меня к себе? — донёсся из угла его негромкий, вибрирующий от смеха голос. — На шкуре, конечно, антуражно, но на кровати явно мягче.

Я резко приподнялась на локте, всматриваясь в темноту за балдахином, где в отсветах гаснущих углей угадывался его силуэт.

— С чего ты вообще взял, что я тебя позову? — не выдержала я, и в мой голос вернулись привычные колючие нотки.

— С того, что то, что между нами происходит, — Радим ответил уже без прежней насмешливости, тихо и веско. — Это не магия и не случайность. Это предназначение, ведьмочка.

— Какое на хрен предназначение? — фыркнула я в темноту. — Я прагматик до мозга костей, Радим. То, что меня... то, что здесь происходит — это обычная химия. Стресс, нервы, дикий адреналин из-за того, что я встретила в глуши огромного волка. Мой организм просто выдал закономерную реакцию на опасность, не более. Обычная физиология.

Повисла короткая пауза. А затем его голос — глубокий, мягкий и пугающе уверенный — прозвучал, кажется, у самой моей головы, хоть он и оставался у камина:

— Оборотень не может ошибиться в своей истине, Агата. Мой зверь выбрал тебя сразу же, как только ты переступила порог этого дома. Я это почувствовал. И ты это чувствуешь, как бы ни пыталась прикрыться своими умными терминами.

Внутри всё сладко сжалось, а язык словно прирос к нёбу. Я открыла было рот, чтобы выдать очередную колкость, но Радим мягко меня перебил: