Книга Искатель, 2011 № 07, страница 47 – Анатолий Галкин, Сергей Саканский, Владимир Лебедев, и др.

— Постой-ка! Так, значит, в какой-то момент люди перестали рожать. Все просто состарились и умерли естественной смертью. Вот почему лет через двадцать Лондон и Москва показались тебе такими странными. Города без детей. Человечество было поражено бесплодием и знало об этом.

Глеб задумался: все сходится! Если некая катастрофа произойдет в этом году, то через двадцать лет на Земле и вправду не будет детей, а через сто человечество просто-напросто вымрет.

— Это и нужно Зонгару. Для этого он и оказался в здешнем времени.

— Верно гутарите! — раздался вдруг совсем близко низкий голос.

Никуда он не уходил, просто протопал по тропе громко, а затем на цыпочках вернулся, как хитрый ребенок.

— Мои люди, террористы, как вы их называете, — продолжал Зонгар, — уже отъехали на десяток километров и ждут взрыва. Возбуждены все, радостны. Действительно, веселый план: враз получить полное господство над миром. И все девчонки твои. Но у нас с Джинном другие планы...

Глеб услышал, как Зонгар похлопал себя по карману с фляжкой.

— Не путай сюда Джинна! — крикнула Лара солнечной щели в пылинках. — Ему давно ничего не известно ни о каких планах, — это она сказала уже Глебу.

— Слушай, не болтай ему лишнего, а? — строго сказал Зонгар и добавил несколько слов по-лемурийски.

Лара также ответила на этом певучем языке, и какое-то время Глеб искренно наслаждался музыкой их препирательства. Ему даже показалось, что он кое-что понял из диалога, поскольку все же сдавал в универе древние языки, а в лемурийском явно звучали их корни.

Так, например, он был уверен в том, что самую важную тайну Джинна Лара ему поведать вовсе не собирается, и пусть Зонгар будет спокоен на этот счет...

— Джинн не может ничего сделать сам, — сказала Лара, обернувшись к Глебу, — по той простой причине, что заклинание, созданное жрецами Зонгара, запечатывает не только сосуд, но и саму волю Джинна. Черная, неблагодарная свинья! — что-то в этом роде вскричала она через дверь уже по-лемурийски, но Глеб понял общий смысл тирады.

— Да остынь ты, девушка, — миролюбиво отозвался Зонгар. — Не он ли угробил Лемурию? Не он ли хотел изничтожить человечество вообще?

Лара молча прикусила губу.

— Я просто решил закончить его дело. Причем самым безболезненным способом. Безо всяких цунами и выдергивания заснеженных скал из коры планеты. Я все-таки не дантист, а большей частью педиатр. Все будет тихо и мирно. Над станцией вырастет скромный грибочек, а атмосфера планеты наполнится неким чудесным снадобьем, от которого люди больше не смогут творить кое-какие делишки.

— Ты это серьезно? — спросил Глеб. — Радиация, конечно, может обесплодить, но сколько ты рассчитываешь добыть ее на одной-единственной АЭС?

В ответ послышался скрипучий смешок.

— Эта одна-единственная АЭС лишь продемонстрирует Джинну свое устройство. Он поймет, что и как надо делать. И через несколько минут я распотрошу все ядерные реакторы планеты.

34

— Ты с ума сошел! — вскричал Глеб.

— Я не могу сойти с ума, даже если сам захочу, — ответил Зонгар и принялся насвистывать какую-то грустную мелодию.

— Так попроси Д жинна, чтобы он снес тебе мозги! Только не смей делать этого!

Зонгар продолжал свою песнь, не обращая внимания на Глеба.

— Послушал он тебя, как же! — сказала Лара.