Книга Искатель, 2011 № 08, страница 46 – Журнал «Искатель», Николай Новиков, Ирина Комиссарова, и др.

— Красиво. А кухня у тебя, если не ошибаюсь, вся коричневая. Хватит комнат на все цвета радуги?

— Еще останутся. Ну? Что ты стоишь?

Я не совсем понял, цвета радуги останутся или комнаты, но спросить об этом не решился.

— Алина, ты же знаешь...

— Знаю! — оборвала она меня. — Ты сегодня на работе с ней, с этой несчастной Марьяной. Со мной ты не на работе. Хотя как посмотреть... — она захихикала.

Я прилег рядом с ней, поцеловал ее, позволил расстегнуть ремень на джинсах. Да нет, конечно же, это не работа. Провести ночь в такой спальне, с такой женщиной — кто откажется? Тем более она помогла мне. О Насте я не думал, здесь и так было много женщин и всего такого женского.

Нет, вру, думал. В том смысле, что, может, завтра меня кончат досужие киллеры и никаких женщин уже не будет. Так чего ж отказываться, пока жив? Прости меня, Настя...

Проснулся я оттого, что включился музыкальный центр, известная певица со страстным придыханием забормотала о своем сложноподчиненном чувстве. Алины рядом не было, я лежал один на широченной кровати. Тяготы и лишения роскошной жизни дорогостоящих певиц меня мало интересовали, своих до черта, да и пела она плохо. Видимо, Алина поставила кассету, желая таким образом сказать мне то, что даже в постели сказать трудно. Знала бы она, что я человек скромный, к рабовладению отношусь отрицательно и люблю тех женщин, которых люблю, — наверное, поставила бы что-нибудь другое. Вспомнилась минувшая ночь, и в голове, похоже, в качестве оправдания, возник другой мотив, из которого следовало, что если женщина просит — не надо мести ей на косы. То есть злить. Не очень убедительное оправдание. А голос роскошной дамы навязчиво звучал из музыкального центра. Дабы избавиться от него, я нагнулся, взял свою кроссовку и запустил в музыкальный центр. Попал, да как удачно! Певица исчезла, возникли новости, поскольку на часах было девять утра. В этот момент в спальню вошла Алина. Она была в коротком шелковом халатике, под которым, как ни странно, просвечивали белые трусики.

— Не нравится? — спросила она.

— Поставила бы лучше «Песню Сольвейг» Грига. Ни одного слова не понимаю, но в общем — все ясно, а как приятно слушать!

— Ну да, я и забыла, что сыщик не тупой чурбан с крепкими кулаками, а рафинированный московский интеллигент, — с обидой сказала Алина.

— А вы из мещан? — поинтересовался я.

— Мы из обычной семьи. И высшее образование получили сами, честным путем.

— Экономист? Психолог?

— Инженер-технолог, МАДИ.

— Понятно, почему наши автомобили лучшие в мире, — сказал я и засмеялся.

Алина тоже засмеялась, прыгнула на кровать, обняла меня.

— Андрей...

— Алина, все было замечательно, но сегодня мне предстоит сложный день. Ты понимаешь?

— Это опасно?

— Немного.

— Ладно, ванная там, зубную щетку найдешь на полочке. Ждем тебя на кухне, Марьяна уже встала.

Только теперь я заметил, что в спальне была и вторая дверь, ведущая прямо в ванную. Удобно, ничего не скажешь. Сама же ванная, точнее совмещенный санузел размером с мою кухню в десять метров, была облицована малахитовой плиткой, сантехника тоже малахитовая, рычажковые краны — позолоченные. Красиво. А какая зубная щетка ждала меня на малахитовой полочке! Электрическая! Хоть я и не знал, как ею пользоваться, инструкцию тоже не нашел, но зубы сумел почистить.