Онлайн книга «Искатель, 2011 № 08»
|
— Да? Ну, тогда я не знаю... — А что с твоим мужем? Почему он подозревает тебя? — Рома очень ревнивый, он... он подозревает, да. Звонил мне из Крыма той ночью, говорит, что звонил, но я не подошла к телефону. А как я могла? — Именно той ночью? — Да. Я же сказала, он ревнивый, знал, что будет вечеринка, пьянка, беспокоился, звонил всю ночь и на мобильник, и на домашний, а я... — Он знает, что было? — Нет, я же не могу... Он злится, все спрашивает, где была, с кем была... — Не проще ли рассказать ему обо всем честно? — Да что рассказывать? Я и сама ничего не знаю! Проснулась утром — все болит... там. А где, как это случилось — ничего не помню. Думала, напилась и... сама виновата. Ну да, как же я раньше этого не понял? Она винила себя за то, что случилось той ночью! — Как себя вел Ярмонов? Гек? — Да нормально... На следующее утро я позвонила, сказала, что плохо себя чувствую, и Григорий Ильич разрешил мне остаться дома, он же видел, что я потеряла сознание. А потом... Я не верю, что это был он. Не верю! Она заплакала. Я плеснул в ее пустой бокал виски, поднес к губам. — Выпей, легче будет. На сей раз она глотнула неразбавленное виски, как воду. — Если это не он, откуда я знаю о татуировке на предплечье в виде пятиконечной звезды с лучами? О шраме на задней поверхности бедра? Лилия Георгиевна сказала, что он был получен во время горнолыжной прогулки. — Да? Ты об этом знаешь? Мне Рома рассказывал, они раньше часто бывали вместе в сауне... — Я видел это, когда проверял, что там засняли видеокамеры. — Так, значит... ты и меня видел?.. И, значит, он... Марьяна зарыдала, спрятав лицо в ладонях. Не верилось ей в такую подлость доброго пожилого босса, но что поделаешь. Факты упрямая вещь. — Марьяна, ты ложись, постарайся уснуть. Завтра будем думать, как выпутаться из этой ситуации. Мне кажется, нужно все рассказать твоему мужу, я могу это сделать, объясню все профессионально, он не должен винить тебя ни в чем. — Ты?! Ты хоть знаешь Рому? — Нет. Но если он не захочет помочь тебе — брось его к ед-рене фене, — жестко сказал я. — Ты попала в беду, тебе нужна помощь. И ты ни в чем не виновата перед ним. Это я и постараюсь объяснить твоему мужу. Вот такой тон больше действовал на нее. — Андрей, я тебе верю... Налей мне еще, хочу уснуть... Я плеснул ей виски, вышел из гостиной и плотно прикрыл за собой дверь, дабы не смущать юную красавицу. И в растерянности остановился. А куда мне идти-то? Где-то Алина приготовила постель, но где? — Андрюша! Сюда! — послышался голос Алины из другого конца нескончаемого коридора. Видимо, слышала, как хлопнула дверь. Я пошел по коридору мимо почти антикварных светильников и аляповатых картин новых отечественных авангардистов. Наверное, дорого стоили; впрочем, в этом доме дешевых вещей не держали. Алина еще раз позвала меня, дабы не ошибся дверью. Я не ошибся, толкнул высокую белую дверь с тяжелой бронзовой ручкой и оказался в просторной спальне, где все, от кровати до обоев, было выдержано в красно-розовых тонах. Спальня гораздо красивее (на мой взгляд), нежели у Насти, и женщина в постели была тоже вполне ничего. — Ремонт сделала, — с гордостью сказала Алина. — Тебе нравится? Она лежала на широкой кровати под одеялом и, как я понял, совсем голая. Во всяком случае, следов ночной рубашки на плечах не было видно, а у кровати валялись трусики и лифчик. Не заметить их было просто невозможно. |