Книга Искатель, 2011 № 08, страница 37 – Журнал «Искатель», Николай Новиков, Ирина Комиссарова, и др.

Мужик мрачно ухмыльнулся, не поднимая головы. Не хотел он иметь со мной дела, у него времени на это не было — ну, невероятно важный и занятой человек! Ладно, мне тоже плевать на него. Через десять минут секретарша открыла дверь и объявила, что ждут господина Деривасова, мужик в зеленом пиджаке поскакал вперед, к открытой двери, из которой вышел старик Криволобов.

— Спасибо вам, — сказал он, наклонившись ко мне и протягивая сразу две ладони, я их пожал. — Вы удачи мне пожелали, и все так и случилось. Они заплатят мне, и будут платить дальше, за другие песни... Вы себе не представляете, какая это победа! Они же раньше и говорить со мной не хотели!

— Рад за вас, Иван Мартынович, — сказал я. И действительно, приятно было смотреть на старика. — Это не победа, а торжество справедливости. У вас замечательные песни, и вы должны жить замечательно.

— Если б так... Но все равно — спасибо, так сказать, за поддержку. Спасибо вам.

Он ушел, а я остался. Хорошо, что к старику сегодня отнеслись по-человечески. Однако вряд ли это из-за моего пожелания. Тогда почему? Раньше Артемов и слышать о нем не хотел, а теперь вдруг снизошел и понял. Такое бывает, когда большие люди оказываются в сложной ситуации. В какой именно? Деньги? У него их много, на сто лет вперед хватит. Политика? Он рекламщик, далек от нее. Враги? Может быть, но очень уж вовремя... Скорее всего — семейные проблемы. Вернулся из Крыма, а жена — не та... Во всяком случае, мне хотелось так думать, и для этого имелись основания.

Сердитый господин Деривасов неплотно прикрыл дверь в «предбанник» секретарши. Я слышал, как она шуршала страницами, наверное, листала журнал, а потом на ее столе замурлыкал телефон. Девушка сняла трубку, выяснила, кто звонит. Сухо треснула клавиша селектора, и послышался знакомый уже голос:

— Роман Васильевич, вас по первому — жена.

— Какая, на хрен, жена?! — послышался сухой, жесткий голос из динамика громкой связи на столе секретарши.

И похоже, поверг девушку в шок.

— Ну какая... ваша жена, Марьяна...

— Скажи, что меня нет! — раздраженно крикнул Артемов.

— Что, так и сказать? — растерянно пробормотала секретарша. — Но я же...

Сухой щелчок селектора прервал ее монолог. Значит, Артемова нет для жены, интересно почему. Человек несколько дней назад вернулся из Крыма со съемок, вероятно, соскучился по своей красавице — и не хочет видеть ее и слышать? Вот ту Марьяну, которая приехала на работу в красной «Шкоде»?! Вряд ли разговор с Деривасовым, кем бы он ни был, стал причиной столь резкого ответа.

Артемов был зол на жену, и вполне вероятно, это связано с тем, что случилось на даче Ярмонова. Умный мужик сразу поймет, что за время его отсутствия жена изменилась, а если она не хочет говорить на эту тему, то... Я бы тоже разозлился. Следовательно, малейшее отклонение от темы, заявленной мною, вызовет подозрения у Артемова. А говорить только по теме — какой толк? Я же не собирался и вправду рекламировать свою фирму.

— Ах, черт, — сказал я, хлопнув себя по лбу. — Бизнес-план забыл в офисе!

Встал и направился к выходу. В коридоре больше не было посетителей, и хорошо. А то стали бы спрашивать про мой бизнес-план, что бы я мог сказать?

Я все-таки вернулся домой, хотя предполагал, что вернусь не скоро, если смогу, конечно. Но потом решил — мне ведь должны позвонить, напомнить о времени, которое истекает, или что-то еще «приятное» сказать, значит, есть время посидеть в кресле, поразмышлять. На то, что недостающая копия видеозаписи уже нашлась и люди Ярмонова извинятся за причиненное беспокойство, я не надеялся.