Книга Черный автобус. Мистика Ленинграда, страница 5 – Сергей Седов

— Ну ладно, ребята, мне пора.

— А тебе разве не в нашу сторону? – удивленно спросил Миша.

— Нет, мне нужно на Тринадцатую линию.

— Ну хорошо, – равнодушно ответил Миша.

Маша с Таней переглянулись, и Таня едва слышно произнесла, глядя на свою подругу:

— Давай убегай пораньше, я тебя дождусь на первом этаже!

Маша едва заметно кивнула в ответ и двинулась дальше. Леша, немного помолчав и перевалив свое тело с одной ноги на другую, все же решил нарушить тишину первым:

— Ивашова, а вот расскажи, чем это вы там, в фотокружке занимаетесь?

— Ой, ни за что не поверишь, Николаев, фотографируем! Неожиданно, правда? – все так же с издевкой в голосе и улыбкой на лице произнесла девушка.

— Ясно, стало быть, гуманитарии.

— Во-первых, что такого плохого в том, чтобы быть гуманитарием? – начала объяснять явно задетая одноклассница. – Гуманитарные науки тоже науки. А во-вторых, Николаев, чтобы быть настоящим фотографом, нужно знать и химию, и физику и даже иметь чувство вкуса, но последнее тебе, конечно, не знакомо.

— Ну да, ну да, – все так же с широкой улыбкой ответил Леша. – А химия зачем, прости?

— А ты пленку как собрался проявлять? А фотографии как делать? – вступил в диалог Миша.

— Вот! Человек дело говорит, – наигранным поучительным тоном произнесла Таня, – а еще и физику нужно знать. И не только для того, чтобы понимать, как фотоаппарат устроен и как работают линзы и остальное, но и для того, чтобы знать, как правильно размещать свет, и то, как это скажется на конечном результате, в кадре.

— Ясно-ясно, однако мне все же по душе ближе быть изобретателем, чем гуманитарием, – все так же улыбаясь, продолжить рассуждать Леша.

— Ну и много ли ты изобрел? – спросила Таня и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Знаешь, как говорил мой дед про изобретателей?

— Как?

— Он говорил, что изобретатель… он как гусь!

— Почему?

— Потому что он умеет и летать, и плавать, и ходить… и ничего толком!

Лешка громко рассмеялся. На светофоре загорелся зеленый свет, и ребята двинулись дальше. Перейдя через дорогу, они продолжили путь по Девятой линии в сторону Большого проспекта. Таня уверенно шагала между ребятами и, заискивая, взглянув на Мишу, спросила:

— И все же, скажи честно, что вы собираетесь делать с рациями? У вас на них какой-то особенный план?

— Да, – вежливо ответил Миша, – но это и правда секрет. Во всяком случае пока что.

— Пока что? – заинтересованно переспросила Таня. – Значит, все же есть шанс, что я тоже узнаю об этом секрете?

— Да, – спокойно ответил Миша. Лешка тут же наклонился в сторону друзей и почти шепотом произнес:

— Если о секрете знает больше двух человек, то это уже не секрет.

Таня сгримасничала, взглянув на Алексея, после чего добавила:

— А разве Дима ничего не знает? Ведь наверняка знает! А значит, вас уже трое и это уже не секрет!

— А ведь технически она права, – с улыбкой произнес Миша, посмотрев на своего друга. – Однако мы все равно тебе пока ничего не скажем. Но если честно, лично я не имею ничего против того, чтобы вы присоединились.

— Вы? – взвыл Леха. – Какие еще «вы»? Ты еще всему классу расскажи!

— Ну, классу, может, и нет, – вдумчиво проговорил Миша, тщательно изображая из себя взрослого и рассудительного человека, – но вот в том, чтобы наша команда пополнилась, я не вижу ничего плохого: так мы получим уже не двойное, а тройное преимущество!