Книга Кровавые деньги, страница 72 – Фергюс Хьюм

— Заговор, Ноэль?

— Да. Халдея, эта дура, ненавидит тебя, потому что вздумала в меня влюбиться. Это письмо – ее оружие против тебя, а Сильвер помогает ей ради денег. Справедливости ради скажу: я не верю, что она попросит за это письмо хоть пенни. Чтобы насолить тебе, она сразу же пошла бы в полицию. Но Сильвер, видя, что тут пахнет деньгами, этого не допустил. Что до самого письма…

Он замолчал и с досадой потер подбородок.

— Но это подделка.

— Разумеется, и оно не написано твоей рукой, как говорит этот дерзкий негодяй. В письме якобы говорится, что в ту ночь ты намеревалась сбежать со мной из поместья через синюю дверь. Кроме того, получается, что ты написала письмо мужу, иначе оно бы не попало к нему. Но с какой стати тебе намекать ему, что ты собираешься тайно бежать?

Агнес нахмурилась.

— Ни о каком тайном побеге не могло быть и речи, – довольно холодно заметила она.

— Конечно нет. Мы с тобой это знаем, но я пытаюсь взглянуть на дело глазами автора письма. Зачем подделывать твой почерк? Пайн никогда бы не поверил, что ты сама решила навести его на след. Нет, Агнес. Получается, письмо – это предупреждение, его послал некий сочувствующий друг, скорее всего, анонимный.

Агнес задумчиво кивнула.

— Возможно, ты прав, Ноэль. Но кто написал Хьюберту?

— Увидим письмо и выясним.

— А если кто-то подделал мой почерк?

— В это я не верю, – решительно заявил Ламберт. – Такой план мог бы родиться только у полного глупца. Но Сильвер сказал, что письмо у Халдеи, значит, надо у нее это письмо выудить. Она наверняка скоро придет, как всегда после обеда, справиться о моем здоровье у миссис Трибб. Позвони в колокольчик, Агнес.

— Думаешь, письмо написала Халдея? – спросила она, исполнив его просьбу.

— Нет. Она слишком необразованная, даже писать толком не умеет.

— Тогда Сильвер? Вряд ли. Я обвинила его в том, что это он заманил Хьюберта в ловушку, но он возразил: от живого Хьюберта ему куда больше пользы, чем от мертвого, тут я с ним совершенно согласна. А вот и миссис Трибб, Ноэль.

Ламберт повернул голову.

— Цыганка сегодня приходила? – отрывисто спросил он.

— Пока нет, молодой барин, но может прийти в любую минуту, всегда околачивается возле дома. Будь моя воля, я бы вываляла ее в дегте и перьях, надавала бы пощечин и отколошматила, нравится оно вам или нет, миледи. Терпеть не могу таких развязных да ветреных, каким палец в рот не клади.

— Если придет, проводите ее сюда, – сказал Ламберт, не обращая особого внимания на ее по-немецки бурную речь.

Черные глаза экономки блеснули, она приоткрыла рот, снова его закрыла и, вопросительно глянув на леди Агнес, засеменила из комнаты. Конечно, миссис Трибб знала, что Халдея неравнодушна к Ноэлю, – и не могла понять, зачем он приглашает ее в дом в присутствии леди Агнес. Подносить к пороху огонь не следует, а Ламберт, по ее мнению, собрался сделать именно это.

На несколько мгновений воцарилось молчание. Затем Агнес, глядя в камин, задумчиво произнесла:

— Но кто же все-таки застрелил Хьюберта? Не Сильвер, ему Хьюберт был нужен живой. Неужели ты думаешь, что Халдея, лишь бы мне навредить, могла…

— Нет! Нет! Нет! Пайн ей тоже был нужен живым, ведь она знала: пока он жив, я не смогу на тебе жениться.

Агнес кивнула, поняв его без дальнейших объяснений.