Книга Бездна с мягкими стенами, страница 41 – Анна и Сергей Литвиновы

— А давай в кино сходим?

Эрик цену ей знал и связывать с корыстной особой жизнь точно не планировал. Но в кино – почему не сходить? Весь курс завидовать будет.

Собственные сбережения иссякли после загула в «Пушкине», но смог одолжить у родителей. Билеты купил на ВИП-диванчики, в буфете перед сеансом предложил выбирать что душа просит. А когда провожал до общаги, в бар заглянули – там тоже копейки не считал.

В итоге удостоился похвалы:

— Ты ничего такой. Куда в следующий раз сходим?

— Да куда хочешь. В Большом театре была?

— А у тебя возможности есть? – оживилась она.

— Конечно. Я ведь москвич, – усмехнулся в ответ.

Прекрасно понимал, на что надо глупышку приманивать.

Цель ставил единственную – в постель ее затащить. Не торопился, действовал аккуратно. Но Машка искренне поверила, что у кавалера намерения серьезные. Вела себя с ним по-хозяйски, других девчонок отгоняла. На парах сидели вместе, в столовой тоже.

А спустя примерно полтора месяца после студенческого спектакля в столовой «Щуки» появилась Лиля. Просто вошла и встала на пороге. Эрик увидел, поднялся, помахал рукой:

— Иди к нам!

Машка, составлявшая ему компанию, мгновенно взъярилась:

— Женщина, что вам надо от моего Эрика?

— Он ваш? – иронически спросила Лиля.

— Конечно, – отозвалась нахалка без тени сомнения. – Мой единственный и неповторимый мужчина.

Шелепихин рявкнул:

— Мария, прекрати.

Подошел к Лиле:

— Ты по делу? Или случилось что-то?

А она грустно ответила:

— Нет, Эрик, ничего не случилось. Просто повидать тебя захотелось. – И добавила с грустной ухмылкой: – Так сказать, в естественной среде обитания.

— Чего не позвонила?

— Телефона твоего нет, – напомнила.

Шелепихин промолчал. Лиля добавила:

— Ладно, дойти до «Щуки» несложно. И про среду обитания я поняла. Сплошные «акулы».

Что отвечать? Оправдываться, будто с Машкой он просто играет? Но с какой стати?

Поэтому уточнил:

— Тебе точно ничем не надо помочь?

Улыбнулась ехидно:

— Да что ты можешь, купеческий сын?

И ушла.

Он вскоре забыл о той случайной встрече.

А когда через пару недель должны были «Лес» в ДК давать, Эрик через телевизионщиков раздобыл Лилькин телефон. Попытался снова зазвать гримером, но та его отшила – неожиданно резко. Сказала, что благотворительностью не занимается. И велела звонить, когда известным станет и сможет оплатить ее услуги. На том и расстались.

Ему казалось, что понимает ее реакцию. Лиля, вероятно, рассчитывала на продолжение отношений. Но увидела с писаной красоткой и осознала: шансов нет. Значит, и помогать бесплатно – какой резон?

А что приходила, возможно, про беременность сообщить – Эрику и в голову не пришло. Да и меры они принимали, средства защиты у него (как у всех актеров, даже начинающих) при себе имелись.

Но самая главная странность: не бывает такого, что девушка от тебя забеременела – и ничего не требует.

Хотя могла. Деньги на аборт. Алименты. Да просто рассказать – пусть не сразу, но два года назад, когда они вместе работать начали и стали почти что друзьями!

Почему она не призналась? Даже сейчас – когда ей самой и сыну отчаянно нужна помощь?!

Причина может быть только одна: Филипп – от кого-то другого.

По пути обратно в палату я прошелся по отделению. Не знаю, кто гонит, будто в Москве все больницы по последнему слову, – наша была, как из старого мувика. Стены в унылой серо-зеленой краске, выцветшие плакаты про ВИЧ и наркотическую зависимость. Столовка. Комната для групповых занятий. Общие палаты – все без дверей. Туалеты с душем – в конце коридора. Я, наивный, захотел справить нужду – немедленно подлетела злющая медсестра: