Книга Готикана, страница 130 – РуНикс

— А сейчас? – поинтересовался он, шагнув ближе. – Что же ты видишь?

— Загадку, – ответила она, играя с ним так же, как играл с ней он, и с наслаждением понимая, что у этой игры только один возможный финал. – Моя загадка. В твоих глазах таится опасность.

— А в твоих все тот же голод. – Его низкий, хриплый голос рассек пространство между ними. – Скажи мне, ты хочешь, чтобы я доставлял тебе больше удовольствия?

Корвина почувствовала, как эхо его слов отдалось вибрацией где-то глубоко внутри. Он видел ее, видел по-настоящему, ее ненасытное естество было раскрыто перед ним, как на ладони. Грудь тяжело вздымалась, она прижала руку к стеклу и посмотрела на луну, второй сжимая подол сорочки. Она спиной ощутила тепло его тела, почувствовала, как он встал позади нее, и дыхание ее стало громким.

Вад стоял у нее за спиной, не прижимаясь к ее телу, но так близко, что кожа запылала. Он уперся руками в стекло по обе стороны от нее, заключая Корвину в ловушку, и у нее напряглись соски. Корвина видела его длинные красивые пальцы с аккуратно подстриженными ногтями, большие талантливые ладони с легкой порослью темных волосков на тыльной стороне. Знала, что чувствовала, когда они обхватывали ее налитую от возбуждения грудь, пощипывали и выкручивали соски, даря легкую боль, а потом успокаивая. Она слегка пошатнулась, головокружительные образы и его теплый, мускусный запах окутали ее, словно кокон, в котором существовали только они вдвоем.

— Тебе понравилось быть среди толпы в тот день? – спросил он, а его голос был подобен дыму, от которого сгущался воздух между ними. – Тебя возбуждала мысль о том, что они ни о чем не знают?

А Вад знал ее слишком хорошо.

— Ответь мне, – велел он.

— Да, – призналась она, ее грудь с каждым вдохом тяжело вздымалась.

— А мысль о том, что кто-то может посмотреть наверх с тропы и увидеть, как ты прижата к стеклу, возбуждает тебя? – прошептал он ей на ухо, овевая кожу горячим дыханием.

— Я… – произнесла она, но почувствовала, как он носом коснулся мочки ее уха, и последующие слова обернулись стоном.

— Прижата к стеклу, а сзади стоит дьявол и трахает тебя, – выдохнул он снова. – Тебя это возбуждает?

Она кивнула.

— Умница, – похвалил он. – Ты для меня ее надела? – спросил Вад, теребя лямку ее кружевной сорочки.

— Мне нравится спать в ней, – простонала Корвина, когда он провел языком по засосу, стянув лямку с плеча и обнажая ее грудь перед холодным стеклом.

Она еще никогда в жизни не была так сильно возбуждена, как в тот миг.

Собрав ее волосы одной рукой, он потянул за них, отчего по коже головы пронеслось приятное покалывание, простираясь по шее прямо к соскам, прижатым к холодному стеклу, и она застонала.

— Тише, – велел он. – Мой рот или член?

Она запрокинула голову.

— И то и другое.

— Ненасытная девчонка, – произнес Вад с изумлением и нащупал пальцами ее влажные складки. – И такая возбужденная. Выбирай: рот или член?

Шею залил румянец оттого, что он вслух произнес непристойное слово. Она никогда раньше не употребляла его даже в разговорах с ним, ей оно казалось странным, хотя нравилось, когда звучало из его уст.

— Ты.

— Что я?

— Второй вариант.

Он усмехнулся.

— Ты должна сказать прямо, вороненок.

Боже, как же он выбивал из колеи. Она сделала вдох.