Книга Энигма, страница 58 – РуНикс

Адити снова закатила глаза.

— Для умной девушки ты временами бываешь невероятно глупой, Салем, – беззлобно заметила подруга. – Этот мускулистый красавчик стоит здесь каждый день именно в это время. Догадываешься почему?

Салем не хотела об этом думать. Она пожала плечами.

— Может, ему просто нравится там стоять.

Адити вздохнула.

— Ох, мой наивный цветочек. Или же ему нравится вид, – предположила подруга. – Он знает наше расписание и приходит сюда, чтобы наблюдать за тобой. И дело не только в этом. Не думай, что до меня не доходили слухи о ваших игрищах на лекциях по психологии. Одна из девушек с моего этажа заявила, что ваши нападки друг на друга напоминают брачный танец. И даже просто его взгляды уже о многом говорят: если бы он мог, сожрал бы тебя живьем. Не будь Каз таким сексуальным, это было бы действительно жутко.

Салем тоже следовало считать это жутким, но она придерживалась иного мнения. И оно не имело никакого отношения к сексуальности Каза, скорее к нему самому. Пусть познакомились они при сомнительных обстоятельствах и от него всегда веяло нотками сумасшествия, Салем не чувствовала ни капли отвращения. Тело не подавало тревожных сигналов и не заставляло внутренности дрожать. А она, как никто другой, знала, что такое настоящая жуть.

«Оставайся в текущем моменте».

Салем прикусила щеку изнутри, отмахнулась от мыслей и подняла взгляд.

Только для того, чтобы оцепенеть.

Каз стоял не один.

Впервые за месяц их рутинных встреч он оказался на лестничной площадке в компании другого человека.

— Кто это? – озвучила ее мысли Адити. – Выглядит роскошно. Кажется, я ее здесь не видела.

И это была она. Она стояла слишком близко к нему. Она одаривала Каза улыбкой. Она положила руку ему на бицепс – бицепс, которого Салем никогда не касалась.

На миг ей подумалось: как бы выглядела эта рука в отрыве от остального тела?

А потом случилось кое-что похуже.

Каз заправил девушке прядь за ухо.

Той же ладонью, которой он сжимал волосы Салем, теми же татуированными пальцами, которыми перебирал ее локоны, той же рукой, которая удерживала ее в неподвижности.

Внутри Салем поселилось нечто стылое, кровь превратилась в лед, холод сковал позвоночник, мороз нещадно обжигал внутренности, поражая органы, пробуждая желание вырезать их из тела.

Может, Салем и была хладнокровной сукой, какой ее считала Лара.

Но какого черта с ней творилось?

— Ладно, теперь мы ее ненавидим, – услышала она слова Адити и повернулась к подруге.

— Почему? – Салем приподняла бровь, позволяя холоду вырваться наружу. – Кому какая разница?

Заметив приближение Мелиссы, она проигнорировала многозначительный взгляд Адити и пробормотала:

— Пойдем.

До самого выхода Салем ни на что не обращала внимания, но напоследок обернулась, чтобы увидеть пустую лестничную площадку, он ушел вместе с ней.

Ох, к черту его.

Салем Салазар все равно.

Да, к черту его.

Длинные волосы развевались на ветру, будто в замедленной съемке, пряди разметались в воздухе. Окровавленные ноги зависли в нескольких дюймах от бетона, словно гравитация потеряла связь с физической материей.