Книга Энигма, страница 136 – РуНикс

— Где остальное? – спросила Салем, подойдя к шкафу и увидев, что одежда Каза занимает место, которое освободила для него утром. Темные рубашки и футболки, темные брюки и джинсы, темные куртки и пальто.

— Все здесь. – Каз снял ботинки и поставил их на полку возле входа. – Я перевез большую часть инструментов для живописи в студию. А в личных вещах почти не нуждаюсь.

Салем пристально рассматривала его. Почему Каз жил так экономно, когда у него имелись деньги? Что-то не сходилось.

Она села на кровать и протянула ему руку, как он протянул ей свою прошлой ночью, и Каз принял ее, как и она. Салем увлекла его на кровать, заставив сесть рядом.

— Договор о доверии, помни о нем.

Каз выдохнул, наклонился вперед, поставив локти на колени, и на мгновение повесил голову.

— Дело в том, что я…

Салем инстинктивно начала медленно гладить ему спину.

— Я целый год просидел в тюрьме.

Салем остановила движения рукой, совершенно обескураженная его словами.

— Что?

Каз вздохнул.

— Помнишь, я рассказывал про брата, который заключил с твоим отцом сделку и приехал сюда, чтобы защищать твою сестру?

Салем кивнула, по-прежнему не шевелясь, в ожидании объяснений.

— В юности у меня были проблемы с контролем гнева, – честно признался Каз. – Лаз всегда знал, как меня успокоить, но, когда его не стало, а я учился в школе и жил с временным опекуном, которому он раньше платил, я сорвался.

Ее пальцы сжались на его спине.

— Что произошло?

Каз резко встал, словно в нем скопилось слишком много напряжения, чтобы оставаться на одном месте, и направился к сумке, которую всегда держал при себе. Салем тоже поднялась, не понимая, что происходит. Он собрался уйти?

Она выдохнула, как только осознала, что парень роется в сумке. Каз достал что-то маленькое, зажав предмет в ладони. Его спина напряглась на глубоком вдохе, он развернулся к Салем, вторгся в ее личное пространство и вложил ей что-то в руку.

Салем растерянно уставилась на предмет в своей ладони, пока не узнала треснувший экран.

Ее телефон.

Ее старый телефон, который разбился о землю.

Ее сломанный телефон, который она однажды ночью, восемь лет назад, отдала незнакомому парню.

Ее потерянный телефон, который так и не вернули.

Салем прожигала его взглядом, держа в руке, сердце колотилось в горле, пока она обрабатывала молниеносно поступающую в мозг информацию.

— Не понимаю… – Ее голос затих.

Каз прижался к ней лбом, как тогда, когда они стояли на улице.

— Той ночью на тебе было украшение. – Опустив голову, он уткнулся носом ей в шею, в свое любимое место. – Одно из тех причудливых змеиных ожерелий, оно обвивало твою прекрасную шею.

У Салем перехватило дыхание и от осознания, что Каз был тем самым парнем, грубым, переполненным яростью и гневом, и оттого, что он запомнил мамин чокер, который та заставила ее надеть.

— Маленький аспид, – прошептал Каз ей в шею, и Салем почувствовала, как у нее подкосились колени, когда настигло еще одно озарение: он прозвал ее так из-за той ночи, а не из-за волос. Она была маленькой, и на ней был аспид.

Салем потрясло, сколько подтекста скрывалось за, казалось бы, простым прозвищем. Речь не просто о встрече. Тот факт, что Каз запомнил ее и узнал спустя годы разлуки, пьянил и дарил волну эмоций, проникающих прямо сердце.