Книга Ищи дурака, страница 39 – Харлан Кобен

В этом и заключалось его бредовое оправдание.

Разумеется, присяжные ему не поверили.

— Если мы ничего не сделаем, – говорит мне Тед Грейсон, – исход нам известен: убийца так и останется на свободе. Никто не получит справедливого воздаяния за… за отнятую у нее жизнь. И за то, что пришлось пережить тебе. И даже мне. Если же мы попытаемся его найти, возможны три варианта. Первый: ничего не изменится. Второй: ты соберешь достаточно новых улик, чтобы упечь кого-нибудь за решетку. И третий: ты соберешь достаточно улик, чтобы упечь за решетку меня. – Он снова пытается перехватить мой взгляд, но я не в том настроении. Я отступаю назад. – В любом случае я не вижу для тебя никакого особого риска.

— Риск, – говорю я, – в том, что я вынужден находиться в одной с тобой комнате.

Ноймайер это не нравится.

— Это угроза?

Артур:

— Это совершенно определенно не была угроза. Мой клиент вполне обоснованно испытывает отвращение при мысли о пребывании в одной комнате с человеком, который убил его невесту и был выпущен на основании юридической формальности.

— Никаких формальностей, – возражает Ноймайер. – Суд установил, что большая часть улик против мистера Грейсона, собранных сотрудниками полиции, в том числе бывшим детективом Кирсом, были получены с нарушением конституционных норм.

— Это не то, что было установлено, – возражает Артур. – Дело, которое вы вели, было оборотной стороной виновности в соучастии. Детектива Кирса обвинили в нарушении полицейского устава в конкретной ситуации – следовательно, заявили вы, он виновен в нарушении устава во всех делах, которые он расследовал. Решение суда было неправомерным.

Келли Ноймайер начинает злиться:

— Вы серьезно, Артур? Может, мне напомнить вам, что вы всего лишь младший партнер…

С меня довольно.

— Мы уже закончили или нет? – резко обрываю я ее.

Никто не знает, что ответить.

— Вот что я вам скажу, – говорю я им. Потом в упор смотрю на жалкий обмылок человека, который когда-то был Тедом Грейсоном. – Если ты принесешь мне улики, которые будут указывать на кого-то другого, кроме тебя, я, так и быть, тебя выслушаю. А до тех пор катись к дьяволу.

Артур провожает меня до лифта. Он нажимает кнопку вызова и ждет на площадке вместе со мной.

— Спасибо тебе, – говорю я.

Артур кивает. По лицу его пробегает какая-то тень.

— Что такое? – спрашиваю я.

— Только не откусывай мне голову.

— Давай, валяй.

— Я, пожалуй, ему верю.

— Психопаты бывают очень убедительными, – говорю я ему.

— Я в курсе.

Звякает подъехавший лифт. Двери открываются.

— Кирс?

— Что?

— Ты отличный коп. Если убийца в самом деле Грейсон, ты это выяснишь, так что я не очень понимаю, что мешает тебе, – он движением пальцев изображает кавычки, – «помочь ему в расследовании».

В лифте никого нет. Слава богу. Я захожу в кабину и молча нажимаю на кнопку первого этажа.

Первый слайд в PowerPoint состоит из одной-единственной фразы: «Похищение Виктории Белмонд».

Доклад делают Розовые Пантеры, три женщины лет за семьдесят. Мы собрались в нашей аудитории в здании бывшей общественной бани. Свет выключен. Гольфист Гэри принес с собой навороченный проектор, и Розовые Пантеры с его помощью выводят слайды на серовато-белую бетонную стену.

Главная Пантера – очень высокая и худая женщина по имени Полли. Ярко-желтый брючный костюм в сочетании со стоящими торчком короткими волосами, выкрашенными в розовый цвет, делает ее похожей на гигантский простой карандаш с ластиком на конце. Полли Розовую Пантеру вполне можно переименовывать в Полли Карандаш.