Книга Аноним, страница 138 – Урсула Познански, Арно Штробель

После первого я позвонила Тому и попросила приехать. После второго он ждал меня у двери. После третьего… ничего.

Во второй вечер мы спорили о моём наряде: Том считал юбку слишком короткой, а духи — слишком соблазнительными. На что я… солгала. Сказала, будто встречалась с другом последней жертвы.

Несколько ударов сердца комната кружится вокруг. Никто не знает о встречах с пользователями форума, кроме самих пользователей. Но они не имеют понятия, кто я в действительности.

Кроме того, узнать мог лишь тот, кто видел переписки и знал, что Лейла и Нина — один человек. Или хотя бы догадался после того, как Лейла выдвинула Нину.

Администратор форума. Траян.

Нет, мысль, начинающая занимать всё сознание, — полная бессмыслица. Наверное, я нечаянно упомянула Тому, что скрываю некоторые действия от команды. И наверняка вспомнила бы, если бы сейчас не была так потрясена.

Ружьё снова поворачивается к Даниэлю. Он напрягает мышцы груди и отводит голову в сторону.

— Прекратите, оставьте его в покое! — одновременно кричит Том.

Хочет показать, что всё-таки способен бороться?

Боец…

Впервые с начала трансляции я полностью сосредоточиваюсь на нём. Торс покрыт потом, грудь тяжело поднимается и опускается. Я знаю это тело. Худое, жилистое, но не особенно тренированное. Стоять с прикованными над головой руками трудно для кровообращения, однако Том выглядит свежее Даниэля, хотя тот, конечно, подвергается гораздо более сильному психологическому давлению.

Смутное подозрение возвращается, ведя за собой ещё одно воспоминание. Если в нём есть хоть доля правды, Траян должен был оцепенеть, увидев среди кандидатов Нину Саломон. Именно её. Тогда он спросил, живёт ли она одна, а Лейла ответила примерно так: кто-то, кажется, за Ниной бегает, но ей до него нет дела. Это я помню точно.

Из переписок легко было узнать места и время встреч. Тому, кто знал Нину Саломон, не составляло труда быстро заглянуть в один из баров и проверить, не она ли скрывается под именем Лейлы.

А тому, кто знал Нину Саломон немного лучше, не составляло труда проследить за ней от дома, когда она куда-нибудь отправлялась вечером.

Дрожащими пальцами я открываю чат и ищу самое последнее отправленное сообщение. Нахожу.

Когда возвращаюсь к трансляции, ружьё как раз дёргается вправо.

Оно направлено на Даниэля под углом восемнадцать градусов — как и прежде.

Теперь он снова поднимает голову.

Видит положение, понимает.

И впервые мне кажется, что он действительно сдаётся.

Ещё раз ищет камеру взглядом.

— Сделай мне одолжение, Нина, — говорит он. — Отойди от компьютера. Не смотри. Ты не обязана. Я не хочу, чтобы ты это видела.

— Если думаешь, что я сбегу и оставлю тебя одного, ты ошибаешься, — шепчу я.

Том поворачивается к Даниэлю. Совсем немного — насколько позволяют путы.

И в этот миг я вижу.

Не впервые — мы несколько раз были в постели, — но впервые вижу по-настоящему, понимая, что именно передо мной.

После этого вопросов больше не остаётся.

Теперь, когда я кладу пальцы на клавиатуру, они совершенно спокойны. Я печатаю так быстро, как могу, и слова словно сами льются из меня. Если я ошибаюсь, это будет стоить мне головы, но тогда уже неважно.

Однако я уверена: ошибки нет.

Всё сказано.

Я испробовал всё и ничего не добился. Им нужен мёртвый. Он был нужен с самого первого убийства. Снова и снова. И всё большему числу людей. Так чему удивляться?