Книга Общество мертвых и исключительных, страница 41 – Анви Рид

— Что ты хочешь?

Отложив папку, Арни скрестил руки и выпрямил спину. А затем покосился на брата, которого слишком хорошо знал, и тяжело вздохнул: ответ ему не понравится.

— Плохого ты обо мне мнения, – обиделся Ноа. – Я тебе в любви почти что признаюсь, а ты мне вот так. Нож в спину.

— Отвечай на мой вопрос.

Ноа выпендривался еще пару минут. Корчил гримасы, почти что выдавил слезу и, смахнув пару листов на пол, поднял их и аккуратно сложил обратно, готовясь с жалобным видом умолять брата о помощи.

— Можно сегодня побуду тобой? Превращусь всего на десять минут! – сложив ладони перед лицом, попросил Ноа.

— Нет.

Прозвучало четко и громко.

— Всего разочек, ну пожалуйста. – Ноа обошел стол и сел на колени перед братом. – Ну Арни! Ну по-человечески прошу! Ну очень надо!

— Зачем?

— У нас в академии новенькие. Я в их честь устраиваю тусу. Нужен ром.

— Нет.

И снова – четко и громко.

— Ну мне нельзя в город. Ты же знаешь. Я сюда-то еле выбрался. Нас не выпускают. Я и так сижу в четырех стенах. Спешу заметить, убогих четырех стенах.

— Отвали, – с ноткой сомнения и в разы тише ответил Арни. Кажется, он все еще чувствовал вину за то, что все свое детство Ноа провел с репетитором по математике, а не с друзьями, как его старший брат.

— Проси что хочешь, – все еще стоя на коленях, Ноа обнял ноги брата. – Всё сделаю. Вообще всё. Прямо вот вообще-превообще.

Армейская выправка. Погоны на плечах. Тугой галстук. Лакированные ботинки. Все это придавало Арни значимости. Повышало собственную важность. И Ноа был готов признать, что в такие моменты, как сейчас, спорить и уж тем более торговаться с ним было в разы тяжелее. Но Ноа все-таки был его младшим братом. И даже если Арни был бы самым главным из самых главных полицейских, он все равно бы сжалился над несносным кретином, сидящим перед ним на коленях.

— Я сам тебе куплю, но больше не приходи ко мне на работу.

Все как обычно. В этот раз уговорить его получилось быстрее, чем в тот день, когда Ноа выпрашивал у него разрешение спуститься в крематорий. Видимо, сегодня у Арни было плохое настроение. Или работа не идет.

— Тогда три бутылки рома, два фунта лайма и самую острую китайскую лапшу.

— Окей.

— Спасибо, бро! Респект тебе вселенский! – И Ноа радостно вскочил на ноги.

— Но, если честно, помощь твоя мне понадобится. – Арни помог подняться младшему брату.

Он порылся в документах на столе в поисках нужного. Ноа в этот момент подумал лишь о том, что в жизни не хотел бы работать с бумажной волокитой. Хорошо, что он учится на помощника первых лиц. В будущем надо будет лишь светить лицом на телике. И то – не своим.

— Нашел, – сказал Арни.

Ноа заинтересованно вытянул шею, разглядывая фото в руках брата. На снимке был труп мужчины. Белая вспышка от фотоаппарата освещала грудь, еле прикрытую разорванной клетчатой рубашкой. В районе диафрагмы, там, где ребра, кровоточила глубокая рана, похожая на какой-то символ, вырезанный ножом на коже.

— Чувак, ну, это перебор уже какой-то. – Ноа выхватил снимок у Арни и приблизил к лицу.

— Это мое новое дело, – пояснил Арни. – Раньше тебе было интересно изучать такое.

— У трупа проколоты соски? Это смущает больше, чем странная фигня на его теле, – пошутил Ноа.

Он приблизил фотку, пытаясь рассмотреть окружение. Но все улики вокруг трупа утаила беспросветная тьма.