Книга Смерть под ореховым деревом, страница 54 – Анви Рид

— Чай подан, хозяин, – Тауб указал в сторону столовой.

Герберт никогда не ел там в одиночку. Слишком большой зал для такого маленького человека, как он. Но стоило к нему в гости наведаться очередной милой фройляйн, как Тауб и Штиль застилали каменный стол бархатной скатертью, ставили ажурный подсвечник и раскладывали серебряные приборы, демонстрируя даме все величие своего господина.

— Идем, Иви Браун. – Герберт подал ей руку. – Обсудим наши планы за завтраком.

Она покосилась на протянутую ладонь, на близнецов, на Герберта, снова на близнецов. Обвела глазами пустынные стены дома. Внутри было темно. Плющ и правда окутал весь фасад здания и заполз на окна, не давая солнечному свету проникнуть в главный зал. В тишине что-то скрипело. В половицах копошились мыши. На чердаке хлопали незакрытые ставни.

— Ну, не хочешь – как хочешь. – Не дождавшись ее руки, Герберт направился в столовую.

— Погоди! – Иви сорвалась с места. – Не оставляй меня тут одну.

Тауб и Штиль последовали за ней.

— Стой… – вдруг остановила его она. – Ты сказал, что твои родные умерли больше шестидесяти лет назад? Но тебе же… не больше тридцати лет?

— Ты знаешь ответ на свой вопрос, Иви Браун, – кинул через плечо Герберт.

— Точно, – съехидничала она, – я уже успела забыть, что ты наглый лжец.

Герберт засыпал в рот две ложки сахара и запил горячим чаем. Иви поморщилась. К еде она так и не притронулась, лишь сглатывала слюну, держась за урчащий от голода живот.

— Еда не отравлена. – Чавканье Герберта эхом разносилось по залу.

Тауб нарезал хлеб и ветчину. Отварил яйца и присыпал специями. Красиво разложил еду на тарелках и, стоя за спиной Герберта, подавал ему то повидло, то мед, которые Герберт добавлял в свой чай.

— Штиль, продегустируй еду для нашей гостьи, – приказал он.

Близнец радостно схватил с тарелки кусок ветчины и, закинув в рот, заулыбался. Потянулся еще за одним, но Тауб ударил его по руке.

— Хлеба? – предложил он слугам.

Те радостно взяли и его.

— Голодные? Меня ждали?

Близнецы кивнули и вскинули голову, видимо ожидая, когда их похвалят.

— Болваны! – Похвалы они так и не услышали. – А если бы я не вернулся? Вы бы тут с голоду померли?

Штиль отрицательно мотнул головой. Тауб же, не услышав, что спросил хозяин, наугад сказал «да», и брат больно ущипнул его.

Герберт взял тарелку и, переложив на нее почти всю еду со стола, протянул братьям.

— Ешьте.

Они отмахнулись.

— Живо!

Схватив свой завтрак, слуги убежали на кухню.

— Ты тоже ешь, Иви. – Герберт указал на последний кусок ветчины, который он оставил для нее.

Он и сам был голоден. Несмотря на бессмертие, которым наградило его проклятие, Герберт все еще оставался человеком. Он не чувствовал боли, но чувствовал голод и усталость.

— Не приказывай мне. – Иви покосилась на кружку с остывшим чаем.

— Перед тем как мы отправимся в мир кошмаров, тебе стоит набраться сил. Завтрак скудный, знаю. Но после сна я накормлю тебя свининой с картошкой.

Герберт облизал ложку с медом и набрал в нее яблочное повидло. Ему нужно было позаботиться об Иви. Доказать, что он тот, на кого можно положиться. Добрый и благородный спаситель.

— Я не буду спать в твоем доме.

— Дросс велел тебе слушаться меня. Значит, в этом доме ты будешь и спать, и есть. Доверься мне. Если бы я хотел тебя убить, то сделал бы это еще в Гезельском лесу. Вспорол бы тебе брюхо и бросил на съедение диким животным.