Книга Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2, страница 234 – Жоубао Бучи Жоу

Ши Мэй вскинул голову. Его прелестные глаза глядели на Мо Жаня с изумлением.

Мо Жань горько усмехнулся и поднял руку. Его ладонь, словно в сомнениях, на миг застыла в воздухе, но затем все же легла на макушку Ши Мэя и погладила его по волосам.

— Мозги у меня уж слишком неповоротливые, такой я человек. А в последнее время столько всего случилось, и столько еще предстоит сделать, что я… Я понятия не имею, когда смогу наконец успокоить душу и привести мысли в порядок. Боюсь поспешить и сморозить глупость.

Даже в теплом свете свечи было заметно, как сильно побледнел при этих словах Ши Мэй.

— Поспешить? – Он помедлил, а затем вдруг рассмеялся. – А-Жань, тогда мы глядели в лицо смерти и не знали, не навсегда ли прощаемся. Я считал, что ты хорошо обдумал слова, которые собирался сказать тогда.

— Верно, – кивнул Мо Жань и наморщил лоб. – Я очень долго хранил эти слова в своем сердце, и мои намерения всегда оставались неизменными, но…

— Но?

— …но сейчас не время, – закончил Мо Жань, и его спрятанная в рукаве рука сама собой сжалась в кулак. – Сейчас не время, Ши Мэй. Ты просто не знаешь, насколько это важно. Я не хочу обсуждать это в спешке и кое-как сейчас, когда у меня на душе тяжесть. Я…

— Молодой господин!

В павильон Даньсинь вдруг бесцеремонно ворвался один из учеников, но, увидев, что в библиотеке работает Мо Жань, он торопливо склонился в учтивом поклоне:

— О, молодой господин Мо.

Его визит прервал их разговор, и привставший было Ши Мэй, тряхнув рукавами, опустился обратно на стул. Бледный румянец, окрасивший его щеки мгновение назад, исчез без следа, и на его лице появилось спокойное, невинное выражение с некоторым оттенком холодного равнодушия.

Не заметив перемены в его настроении, Мо Жань вскинул глаза на вошедшего:

— В чем дело?

— У ворот ожидает весьма уважаемый гость, и я… я пришел доложить об этом.

— Уважаемый гость? – переспросил Мо Жань. – Но все почтенные господа из десяти великих школ сейчас в горах Линшань. Откуда у наших дверей мог взяться уважаемый гость?

По-видимому, ученик был так напуган и в то же время взволнован, что не сразу смог ответить. Прошло немало времени, прежде чем он залился румянцем и наконец выпалил:

— Это… Это великий мастер Хуайцзуй^[39] из храма Убэй!!!^[40]

— Что?!

Услышав это имя, даже Тасянь-цзюнь в теле Мо Жаня невольно вскочил на ноги от изумления. Ши Мэй тоже был поражен до глубины души.

— Великий мастер Хуайцзуй?

Неудивительно, что у Мо Жаня глаза на лоб полезли от удивления: вышеупомянутый мастер Хуайцзуй был легендарной личностью.

Этот человек уже очень давно достиг высочайшего уровня совершенствования и должен был вознестись на небеса. Однако в день, когда небесные врата распахнулись перед ним, он лишь молитвенно сложил руки и остался на земле, сказав, что не может покинуть бренный мир, поскольку еще не снял с себя оковы страстей и не очистил душу от следов былых злодеяний. В итоге ударивший с небес луч света погас, божественный лотос увял, а великий мастер Хуайцзуй в потрепанной рясе-кашае и с монашеским посохом в руке ушел прочь, так и не став небожителем.

Отказавшись от вознесения, он оправился в храм Убэй и надолго ушел в затвор. Пока он находился в глубокой медитации, в мире смертных пролетело целых сто лет.