Онлайн книга «Хаски и его учитель Белый кот. Книга 2»
|
— Вы… Вы тогда сказали, что именно так и нужно обходиться с теми, кто произносит столь грязные речи. А еще вы даже изволили пожурить свою недостойную супругу за то, что она избрала для уважаемого наставника Чу чересчур мягкое наказание, и сказали, что если тот снова станет говорить без должного почтения, то можно… Можно и вовсе отрезать ему все пальцы… Голос Сун Цютун звучал все тише и неувереннее. Пугающая улыбка на лице Мо Жаня лишила ее остатков смелости, и несчастная женщина рухнула грудью на пол, пытаясь сдержать подступающие слезы. — А-Жань… Мо Жань тихо вздохнул, а потом сказал с коротким смешком: — Цютун, все это было так давно. Этот достопочтенный уже не помнит, что именно сказал или не сказал тогда. Теперь Сун Цютун наконец поняла, к чему Мо Жань затеял весь этот разговор. Его последняя фраза наполнила ее душу таким ужасом, что ее всю начало колотить. — В последнее время этот достопочтенный часто видит сон о том самом дне. О том, как, вернувшись с гор Иныпань, он заходит в водную темницу и видит его окровавленные руки, покрытые гнойными ранами… – медленно проговорил Мо Жань, теперь его голос зазвучал громче и пронзительнее, а в глазах зажегся холодный блеск. – И этот достопочтенный вовсе не чувствует радости. — Ваше величество, ваше величество… – беспомощно лепетала Сун Цютун, – нет, то есть А-Жань… Прошу, выслушай меня… Не горячись, послушай меня… — Этот достопочтенный вовсе не чувствует радости, – повторил Мо Жань, будто не слыша ее увещеваний. Затем он без всякого выражения опустил глаза на съежившуюся у его ног женщину и смерил ее фигуру равнодушным взглядом. — Не хочешь ли меня утешить? Холодное как лед выражение на лице Мо Жаня и его высокомерный тон до смерти напугали даже Сун Цютун, которая провела рядом с этим тигром в человеческом обличье много лет. Все ее тело от страха покрылось мурашками, и она застыла, не в силах пошевелиться. Почуяв приближение страшной бури, женщина подняла на Мо Жаня свои карие глаза, униженно глядя на него снизу вверх, а потом подползла ближе и легла у его ног. — Конечно, я сделаю все что угодно, А-Жань! Чего бы тебе хотелось, А-Жань? Чем же я могу порадовать тебя? Я непременно… непременно… Мо Жань наклонился и приподнял ее голову, схватив за подбородок. Затем он улыбнулся той самой очаровательной, невинной улыбкой, какой одарил ее в тот раз, когда они впервые увиделись в духовной школе Жуфэн. На его щеках тогда обозначились глубокие милые ямочки, и он, потянув ее за рукав, спросил: «Сестренка, а как тебя зовут? Ох, не бойся, я тебя не обижу. Просто поговори со мной, ладно?» Сун Цютун была еле жива от ужаса. Прошло столько лет, но этот человек говорил все с тем же выражением, все тем же тоном. Правда, совсем другие слова. Он мягко, вкрадчиво произнес: — Цютун, этот достопочтенный знает, что ты говоришь искренне. Ты сделаешь все, чтобы порадовать этого достопочтенного, чтобы утешить его… Мо Жань провел кончиком пальца по ее мягким губам. Его ресницы дрогнули, но он разглядывал эти прекрасные, напоминавшие цветочные лепестки губы совершенно невозмутимо. В конце концов Мо Жань сказал: — В таком случае отправляйся прямиком на тот свет и жди этого достопочтенного. Сун Цютун потеряла дар речи. — Хорошо? – мягко, почти ласково закончил Мо Жань. |