Книга Я, ужасающий, страница 95 – Кейтлин Розакис

Гэв расправил плечи, готовясь изображать грозного, но великодушного повелителя, который намерен сжалиться над несчастным молодым пленником. Презрительно фырканье Элиши маг проигнорировал. Не ее репутацию тут надо поддерживать. Тут надо, чтобы уже униженные герои не почувствовали твою слабость. Он распахнул дверь.

Камера была пуста.

— Опять не та комната, – простонала Элиша. – Сколько их вообще?

У Гэва возникла та же мысль, но других вариантов вообще-то не было. Он вошел внутрь. Со стен свисали кандалы, в углу притулился небольшой, но любовно и эффективно укомплектованный набор пыточных принадлежностей. Однако никаких признаков присутствия пленника не наблюдалось. Ни брошенной тарелки, ни поганого ведра. Подозрительная чистота, как будто никто не занимал эту камеру ни давно, ни недавно.

— М-м-милорд, – раздался у двери испуганный голос.

Гэв обернулся. В лице Сирако не было ни кровинки. Можно было заподозрить, что над ним поработали вампиры, если бы не огромные запасы чеснока в нескольких футах отсюда.

Взгляд Сирако метался по комнате, в которой очевидно недоставало пленного доброго волшебника.

— Я… я могу объяснить.

Элиша переводила взгляд с одного мужчины на другого. На лице ее отражался нарастающий ужас.

— Сирако, – медленно произнес Гэв, пытаясь не сорваться в присутствии Элиши, – ты что, запытал моего пленника до смерти?

— Нет! В смысле, да! – пролепетал дворецкий. – Просто таких героев, как раньше, уже не делают, хозяин, но не берите в голову, уверен, скоро придет следующий…

Сирако поймал горестный взгляд Элиши, полный омерзения взгляд Гэва и рухнул к ногам мага.

— Пожалуйста, помилосердствуйте, сжальтесь, – молил он, цепляясь за подол мантии.

— А ты сжалился над мальчиком? – резко спросила Элиша.

— Подожди, – бросил ей Гэв и опустился на одно колено. – Сирако. Я спрошу только раз и ожидаю, что ты ответишь мне абсолютную правду. Особенно в этой комнате.

Сирако испуганно покосился на стену, увешанную клещами различных форм и размеров, и лихорадочно кивнул.

— Что ты сделал с волшебником, которого я велел тебе отвести сюда?

Трясясь, скорчившись на полу, Сирако прошептал что-то.

— Громче, Сирако.

— Я его отпустил, – выдавил дворецкий чуть громче.

Гэв выпрямился, задумавшись.

— Это было впервые? – спросил он наконец.

Сирако в отчаянии замотал головой, продолжая глядеть в пол.

Гэв встал, выдернув полу мантии из обмякших пальцев Сирако. Подошел к любовно отполированным орудиям пытки. Провел пальцем по паре лезвий. Ни пыли, ни ржавчины. Все ужасно острое, будто затачивалось каждый раз после использования. Или нет.

— Сирако, – спросил Гэв мягко, – ты вообще когда-нибудь пытал пленников?

У бедняги брызнули из глаз слезы.

Гэв потер лицо.

— Эл… э, Вьюр, сбегай, пожалуйста, на кухню, передай Орле мои наилучшие пожелания и попроси у нее большую чашку чая. Обычного, нормального чая, пригодного для людей, не отравленного, ничего такого. Можно ромашкового, это было бы неплохо.

Он вернулся к рыдающему на полу клубку и безрезультатно похлопал дворецкого по спине.

— Ну-ну. Соберись. Сегодня никто не превратится в жабу, или в столб пепла, или еще во что-нибудь.

Элиша вернулась с исходящей паром кружкой и с недовольным видом, даже враждебно сунула ее Гэву. Очевидно, своего мнения она не изменила.