Книга Сумерки Баригора, страница 158 – Софья Соломонова

Один из северян выкрикнул что-то, и из-за спины Айи раздался возглас Косули:

— Сзади!

Несколько солдат возникли у них за спинами, заставляя весь отряд и священников выйти из коридора.

— Мы знали, что вы пойдете сюда, – проскрипел старший из северян. Он говорил с сильным акцентом, искажая слова и интонации, но понять его было можно. – Я, Хтор, ждал вас. Умрите!

Дикарь вскинул руку вперед, и окружающие его солдаты подняли оружие. Их глаза были совершенно пустыми, стеклянными, а движения – слегка замедленными и неловкими. Но все же их было значительно больше, чем убийц.

— Ваше высокопреосвященство, – обратилась Айя к Деснице, не оглядываясь, ее глаза внимательно следили за приближающимися соперниками, – Матиас сказал, что ваша сила развеивает магию северян на солдатах. Молитесь!

Она рванулась к приближающимся гвардейцам, целя свой кинжал в горло ближайшего.

— Братья, вознесем же наши молитвы Алору в сей темный час! – провозгласил Десница, поднимая руки к потолку. Он стоял почти сразу за Айей, и, когда та быстрым движением перерезала горло одному из солдат, фонтан крови залил светлые одежды и лицо первосвященника, но тот даже не поморщился. Вместо этого он запел, взывая к Алору о спасении и помощи, и вскоре его слова подхватили и другие.

Убийцы ринулись вперед на врагов. Косуля и еще одна девушка, замыкающая процессию, легко расправились с несколькими солдатами, подпирающими их со спины, и присоединились к своим соратникам в битве. Откуда-то из полумрака под потолком вдруг возникла Сойка. Она спрыгнула прямо на голову одному из северян, стоящему чуть в стороне от остальных, и свернула ему шею. Прежде чем ее успели заметить остальные, девушка подкралась ко второму дикарю, но в последнюю секунду он, будто почувствовав что-то, обернулся на нее, поднимая копье. Сойка успела среагировать и, быстро подпрыгнув, вонзила нож в сонную артерию противника. Тот схватился за горло, дико хрипя, кровь обагрила серую волчью шкуру на его плече. Но этого было достаточно, чтобы привлечь внимание трех оставшихся варваров, которые тут же направили на девушку группу солдат.

Медведь с диким ревом, оправдывающим его орденское имя, рванулся вперед, выхватывая из-за пояса два метательных топора. Он двигался с такой скоростью и проворством, что заторможенные гвардейцы просто не могли попасть по нему. Медведь ворвался в их ряды и за несколько мгновений завалил сразу четверых.

Айя не уступала ему, прыгая буквально по головам солдат, стремясь добраться до главаря северян.

С каждым словом молитвы полумрак, царящий в подвале, все более рассеивался. Факелы на стенах разгорелись ярче. А ближайшие к священникам солдаты зашатались, дезориентированные.

Хтор прокричал что-то на своем языке, и несколько гвардейцев вскинули пистоли. Раскатистые звуки выстрелов, многократно отразившиеся от стен и сводов подвала, на мгновение оглушили всех. Один из священников упал как подкошенный, не успев завершить куплет, – пуля пробила ему голову. Другой медленно осел на землю, схватившись за бок, на котором стремительно расползалось кровавое пятно, но все же продолжил молитву. Еще несколько пуль попали в других гвардейцев, оказавшихся на пути, и одна рассекла плечо Айи, но та даже не поморщилась, полностью поглощенная ражем сражения.