Книга Геворг Марзпетуни, страница 133 – Мурацан

Католикос в это время с одним из епископов стоял на балконе замка. Его взору открывались великолепные картины природы, одна лучше другой, но он не замечал их.

Ни живописный Арагац, высившийся на северо-востоке четырьмя пирамидальными вершинами, ни гора Капуйт, окаймлявшая горизонт с юга и закрывавшая долину Ерасха, ни ущелье Аршаруни – ничто не привлекало внимание католикоса. Перед ним лежал прекрасный Багаран с роскошными строениями и куполами церквей. Быстрый Ахурян, точа скалы, ревел у его подножья и, извиваясь как вишап, охватывал кольцом крепость. Грозные скалы и утесы висели над бездной. Но глаза католикоса видели только одно – поднимающийся по скалистой тропинке отряд.

«Кто это такие и почему они поднимаются в цитадель в такую жару?» – думал католикос.

Но вот отряд достиг крепостного ската. Еще несколько шагов, и можно будет разглядеть воинов.

— Это он! Он самый! Что ему здесь надо?! – воскликнул вдруг католикос, узнав князя Марзпетуни, который твердым шагом направлялся к крепостным воротам.

— Кто, святейший владыка? – спросил епископ.

— Он, этот беспокойный человек, который никогда не сидит на месте, – прошептал католикос, словно боясь, что голос его дойдет до подножья крепости.

— Кто же это? – спросил еще раз епископ и встал с места, чтобы видеть прибывших.

— Князь Марзпетуни. Он, конечно, несет нам какую-нибудь неприятную весть, – прибавил католикос, предчувствуя, что приезд князя нарушит его мирную жизнь.

— Почему непременно неприятную? – спросил епископ.

— Не знаю, мне так кажется, – ответил католикос и прошел к себе.

Через несколько минут железные ворота крепости со скрипом растворились. Они находились между двух башен и имели перед собой массивный бастион. Высокие стены с бойницами делали крепость еще более неприступной. Князь, глядя на эти укрепления, невольно улыбнулся.

«Разве можно доверить тайну человеку или требовать от него самоотверженности, если он так дрожит за свою жизнь?» – подумал он и прошел вперед со стесненным сердцем.

Католикос встретил князя с любовью и благословением и, усадив рядом с собой, выразил свое удовлетворение и безграничный восторг по поводу совершенных им подвигов.

— Я хотел доказать нашим князьям и тебе, святейший владыка, что для свершения великих дел не всегда нужны только силы, иногда их может заменить твердая воля. Для спасения родины не надо ждать удобного случая и вымаливать у князей помощь. Надо уповать на бога, надеяться на собственные силы и самоотверженно любить родину. Я доказал это. Теперь вам остается последовать моему примеру, – сказал князь, желая поймать католикоса на слове.

— Что же нужно сделать? – тревожно спросил католикос.

— Каждый из нас должен выполнить свой долг.

— А именно?

Князь рассказал ему в нескольких словах о своем намерении занять Двин и о желании видеть католикоса вновь на престоле.

— Ты хочешь взять Двин? – спросил удивленно католикос.

— Да, и как можно скорее.

— И ты не боишься гнева великого эмира и грозных арабских полчищ?

— Что нам эмир? У нас есть свой царь! – горячо воскликнул князь.

— Но ведь Двин – владение эмира. Ему принадлежит большая часть Востана, Чакатк, Коковит. Он даже Цагкот считает частью Туруберана, которым владеет всецело.

— Значит, все эти земли, по-твоему, собственность мерзкого араба? – возмущенно спросил князь.