Книга Тетрадь в косую линейку, страница 798 – Марина Колесова

— Узнаю ту золотую девочку. Мегера в ангельском обличье. Жёстко и без сантиментов. И не прикопаешься, всё по закону, имеешь полное право. Причём он ведь даже мне честно не признался, что так на тебе руки погрел… что ж, его проблемы, сам виноват.

— А ты на основании чего помочь приехал? Чем прельстился? Неужели деньгами или может этой машиной?

— Укусила и рада? Нет, за деньги не продаюсь, хотя в качестве благодарности беру и много. Машина эта, кстати, у меня давно, лишь пользуюсь редко. Потом я не знахарь. Я никого не лечу в прямом понимании этого слова. Я смотрю энергетическое распределение и могу помочь исправить или подсказать что в поведении поменять, чтобы исправить. Его посмотреть Андрюша попросил. Сказал деятель полезный и информатор хороший. Я приехал, глянул и обомлел. Так всё выкрутить человек сам себе не в состоянии, я сразу понял сторонние изменения были. Такое лишь при исполняемых извне желаниях либо мощных проклятья бывает, но на проклятье не похоже абсолютно, поскольку оставлен приличный по проходимости канал и внешняя связь. А в истовых желаниях, которые могли бы поддержать третьи силы, он не признавался. При этом к моему воздействию распределение оказалось невосприимчиво. Долго, по разному пробовал, намертво всё зафиксировано. Твои пояснения расставили всё по своим местам. А то в догадках терялся. Ладно, не буду больше задерживать. Иди. Жду звонка.

Попрощавшись, я вышла из его машины и прошла к своей. Охрана распахнула дверки, я села.

— Алина Викторовна, домой или в офис? – ко мне повернулся Виталик.

— Давай домой, Виталь. Устала.

— Птичкой летим?

— Нет, не тороплюсь. Потихоньку давай, – сказала я и, откинувшись на спинку сиденья, прикрыла глаза.

Уже подъезжая к дому, набрала боссу:

— Вить, я домой решила вернуться. В офисе не жди. Ладно?

— Ты где сейчас?

— Подъезжаем к дому.

— А нельзя было раньше позвонить? Я заказал еду из ресторана. Сижу, жду тебя, а ты, не предупредив, домой едешь. Ну вот хоть малейшее уважение быть ко мне может? Почему не сказала, что возвращаться не планируешь? Да хотя бы оттуда позвонила бы и сказала! Лишь сказала! О большем я не прошу!

В его голосе было столько агрессии и раздражения, что сорвало меня сразу, и я начала, не сдерживаясь, в голос орать:

— Какого чёрта ты мне предъявляешь претензии?! Почему я отчитываться перед тобой должна?! Ты мне не муж! А с работы можешь уволить и больше даже не мечтать, что работать с тобой буду! Всё! Забудь обо мне! Забудь!

Проорав всё это, я разорвала соединение и, бросив телефон на подлокотник рядом с собой, заметила, что Виталий обернулся ко мне и смотрит с огромным удивлением.

Это меня окончательно вывело из себя, и орать я начала уже на него:

— Ты почему не в наушниках, тварь! Вот сколько говорить можно, как ездить со мной надо?! Достали вы все меня, придурки чёртовы! Останови немедленно, вот здесь и сейчас!

Виталий притормозил и остановился у въезда на КПП нашего посёлка, после чего извиняющимся тоном произнёс:

— Извините, Алина Викторовна. Виноват. Больше не повторится.

— Ты мне это обещаешь постоянно! Постоянно мне обещаешь, и не меняется ничего! Всё! Выходим все из машины, ключи мне отдаёшь! Я пешком домой пойду! А ты можешь сразу идти и другую работу искать! Всё! – продолжила бушевать я, при этом параллельно в голове у меня созрел некий план.