Книга В плену королевских пристрастий, страница 381 – Марина Колесова

— Кого?

— Забудь. Ни к чему тебе то, – королева отвела взгляд и надолго замолчала.

— И что Вы намерены теперь делать? – нарушив молчание, тихо спросил ее шут, после чего, нежно взяв ее руку обоими руками, поднес ее к губам.

— Не волнуйся, на тебя и Эльзу ссылаться не стану. Не в моих интересах тебя его доверия лишить.

— И все же?

— Заставлю признаться в измене, а потом… а что будет потом тебе тоже знать ни к чему, – королева выдернула руку и отступила от шута.

— Вы рвете мне сердце, моя королева… – шут шагнул следом и вновь, подхватив ее руку, прижал к губам, – я не могу смотреть на Вас, когда Вы в такой кручине. Что я могу сделать для Вас?

— Ничего.

Королева вновь постаралась вырвать руку, но шут не отпустил ее.

— Вы не доверяете мне? Неужели Вы до сих пор не верите, что я искренне желаю Вам лишь блага и готов все сделать для того?

— Верю… теперь верю, – королева оставила попытки высвободить руку и, пристально глядя шуту в глаза, добавила, – хотя, честно говоря, я не думала, что смогу когда-нибудь поверить тебе вновь… уж больно много раз ты обманывал меня… однако то, что я сегодня узнала меняет все… выходит, ты действительно печешься обо мне…

— Я люблю Вас… действительно люблю, – тихо проговорил шут, не сводя глаз с королевы, – Чем я дольше нахожусь подле Вас, тем больше понимаю, какое Вы сокровище и какая у Вас ангельская душа… Быть подле Вас уже счастье. Вы осветили мою душу, Вы открыли ее для Бога. Я понял, что значит любить Бога и какое счастье посвятить жизнь если и не служению Ему, то хотя бы стремлению соблюдать заповеди Его. Вы как-то сказали, что я мог быть счастлив только со Стелой. Теперь я знаю, Вы ошиблись, это не так. Это великое счастье, что я не с ней. Чувства к ней были низкой плотской страстью разъедающей и калечащей душу, а вот чувство к Вам окрыляет мою душу, поднимает ее на недосягаемую высоту. Вы – моя путеводная звезда, мой ангел хранитель, – продолжая пристально смотреть королеве в глаза, он выпустил ее руку и, осторожно обняв за талию, притянул к себе, – Лишь находясь подле Вас моя жизнь наполняется смыслом, мне хочется соответствовать идеалу христианской добродетели, подобно Вам, и быть достойным Вас. Хотя, что я говорю… Я недостоин даже стряхивать пыль с Ваших ног… я, так очернивший свою душу, так согрешивший перед Богом и перед Вами… Я знаю, что Вы по несказанной милости своей меня простили, но вот простит ли Он когда-нибудь меня за то, что я сотворил…

— Господь милостив, я верю, что он, видя искреннее раскаяние и твое стремление очистить душу от греха и скверны, дарует тебе свою милость и свое прощение, Марк, – тихо проговорила королева и отвела от него взгляд. Она стояла, потупив взор в его объятиях, не делая попыток высвободиться, и ее плечи немного подрагивали.

— Вам холодно? – он плотнее прижал ее к себе, – Господи, с какой радостью я бы отдал свою жизнь, чтобы хоть чуть-чуть согреть Вашу душу и отогреть Ваше израненное и разбитое мною сердце. Я каждый день молюсь о том и прошу Бога сжалиться надо мной и послать Вашей душе исцеление, послав любые горести и напасти лишь на мою голову. Вы не представляете, моя королева, как я желаю, чтобы Вы были счастливы… я готов сделать ради того все что угодно. И Вы не представляете, как мне больно оттого, что король так незаслуженно обидел Вас, и мне не удалось это скрыть… Я так хотел, чтобы хотя бы это не огорчало Вас. Вы недостойны измен, моя королева. Обладая Вами, желать кого-либо еще – кощунство.