Книга Кружевные закаты, страница 238 – Светлана Нина

— В твоем возрасте время идет относительно медленно, и за короткий отрезок столько происходит… – протянул Андрей.

Шли они по растоптанной копытами тропе туда, где обрывалась равнина, и в неизмеримую даль падали кроны деревьев, растущих где-то внизу. Пыль плотным непримиримым облаком оседала на их начищенных ногах.

— Снова ты рассуждаешь, словно глубокий старик… В этом ты походишь на отца.

— Порой мне кажется, что он больше всех оказал влияние на мое развитие, – отозвался Андрей. – Хоть это и странно, поскольку мы мало взаимодействовали пока я не поступил в гимназию.

— А ты не находишь, что человеческая личность формируется до момента поступления в гимназию, то есть отец не мог слишком повлиять на тебя? – спросила Алина, прекрасно понимая ограниченность своего вопроса. Самостоятельно она почти пришла к тому, что сказал ее собеседник мгновение погодя.

Несмотря на это Крисницкая удивленно смотрела на профиль Андрея и задумчиво кивала в такт его ответу. Все, что он говорил, даже если она смутно чувствовала его заблуждение, воспринималось ей серьезно. Порой, если она узнавала ошибку в его рассуждениях, Алине даже становилось неловко.

— Дорогая моя девочка, как ты можешь говорить подобную чушь? Ты, которую я считаю умнее всех, кого знаю, просто не вправе произносить подобное. Разве не понятно тебе даже на собственном недолгом опыте, что личность мыслящего настолько необъятна и многогранна, настолько не исследуема, что невозможно даже на йоту приблизиться к пониманию того, как она функционирует. И уж конечно, могу сказать даже на примере себя самого, характер не формируется к какому-то возрасту. А если так, это не личность. Каждый факт, каждый человек привносит в нашу жизнь, а, следовательно, и в сознание, нечто новое. И если это близко нашему духу, это влияет на нас. И даже если не близко… Если ты способна к анализу, вряд ли что-то интересное пройдет для тебя бесследно. Констатация того, что по каким-то причинам тебе не близко, может привести к попыткам опровергнуть это утверждение… И завертится до ужаса запутанное, необъятное действо – появление новой мысли из дебрей сознания. Откуда нам, мелким сошкам, знать, как зарождается идея, из чего она вытекает? Как, когда, почему именно эта мысль, а не другая, пусть и близкая?

Андрею нравилось считать себя взрослее и умнее, пусть он никогда не признался в этом даже себе. Алина никогда не чувствовала, что он смеется над ее неопытностью и угловатостью в некоторых вопросах; когда она готова была кричать от негодования, он лишь спокойно улыбался. Возможно, в беседах с теми, кого он меньше уважал, Андрей позволял себе припорошенную презрением, порой даже злобную снисходительность, но Алина ничего не знала об этом. Не знала или не видела… С ней он, сам того не понимая, проявлял себя с лучшей стороны.

— А, все это глупости! – с неожиданной злобой отчеканила Алина и, не обращая внимания на удивленный, хоть и по-прежнему сдержанный взгляд собеседника, стала обрывать высокие стебли полевой травы, вразброд цветущей возле притоптанной проселочной дороги.

Алина не преминула отметить то, о чем думала ежечасно на протяжении нескольких месяцев. Как бы ни приятно было ему ее общество, каким бы интересным собеседником он ее не находил, только появилась бы возможность оказаться в обществе Светланы, не задев ничьи чувства, весь внутренний мир Алины и ее свежие идеи, в былое время доставляющие Андрею столько простодушной радости, оказывались не у дел. «Безумцы! – чистила Алина брата и возлюбленного, – возможно ли предпочесть общество кого-то умного этой пустозвонке?!» Ее мнение о сильном поле, раз они способны на такое – в восхищении наружностью избранницы закрывать глаза на ее познания – потерпело окончательное фиаско.