Книга Сады Жарден, страница 35 – Сергей Пузырев

Алексей прощается с коллегами и уходит. Не заметно от них он проникает в тот же вагон, что и Саша с подругой ранее.

В купе Саша заняла место у запотевшего окна. Мария села рядом. И присутствие близких ей людей рядом ее пугает. Ей все-таки страшно. Очень и очень страшно. Вдруг все пойдет не по плану. Вдруг кто-нибудь пострадает? Она кладет свою руку себе на грудь и прислушивается к стуку сердца. Бьется. Легко улыбнувшись, она прикладывает руку к стеклу и оставляет на нем свой след.

— В детстве мы с братом всегда любили оставлять свои отпечатки на окнах. Нам казалось, что так время останавливается в той точке, когда мы были очень счастливы. Мама ругалась на нас, а отец всегда защищал, – грустно произнесла девушка. – Кажется, будто это было лишь во сне. Я же никогда никому не рассказывала как оказалась у Игната, как до того хотела спрыгнуть с моста. Все это время я пыталась быть другим человеком, а ведь настоящую меня никто не знает. Порой даже мне кажется, что я забыла тем, кем являюсь на самом деле. Вся моя жизнь одна большая загадка, которую я унесу с собой в могилу. А я не хочу этого. Я не хочу, как Лиза умереть и быть забытой. Как-то поздно я поняла, что хочу, чтобы меня помнили! Что хочу оставить след после себя.

— Саша… – эти слова обескуражили Марию. – Не говори глупости! Тебя помнят и будут помнить! Прекрасную Пурпурную царицу Петроград еще не скоро забудут! Да, и Лиза не забыта. Ты и я, мы помним ее, а пока помним, она будет жить среди нас.

— Маша, я хочу… Нет! Я должна тебе все рассказать! И пусть сейчас не самое лучшее для этого время, – она сделала паузу и умоляюще посмотрела на подругу, и когда та согласно кивнула продолжила:– Я родилась в богатой семье промышленника. Моему отцу принадлежало несколько фабрик в губернии. У нас была большая и крепкая семья. Родители видели меня великой балериной, от чего отдали с самого раннего возраста на уроки балета. Они нас очень любили, но особенно они превозносили Мишу. Мой старший брат был самым лучшим в мире. Я его очень любила… Но пришла война и Миша ушел на фронт. Дела у отца шли хуже и хуже, пока он окончательно не разорился. Его так называемые друзья и пальцем не пошевелили, чтобы помочь нам. Он стал пить. А потом…потом пришло известие…наш Миша, Миша которого мы так любили, был убит. Это очень подкосило всех нас. Отец стал пить еще больше, а мама все чаще плакала по ночам. Потом начались побои. Отец бил мать, меня и младших братьев и сестер за малейший проступок. В один такой день, он избил мать до полусмерти и бросился на маленького брата, который хотел защитить ее. Я тогда только пришла, и когда увидела все это – бросилась на него. Я не помню, как так получилось, но я его толкнула. Толкнула так, что он упал и расшиб себе голову… В тот день я совершила свое первое убийство. Я убила своего отца.

— Саша, остановись. Тебе не обязательно все это проживать заново…

— Нет, нет. Мне нужно этим с кем-то поделиться. Прошу выслушай меня до конца! – она положила свои теплые руки на руки Маши.

— Хорошо.

— В тот день я сбежала из дома. Я…Я не помню, как оказалась на мосту. В легком пальто, я перелезла через перила и готова была отпустить руки, но меня остановила Лиза. В ту ночь, она слонялась по городу в поиске ночлежки и, идя мимо, она заметила меня. Она плакала и что-то говорила, но я лишь помню ее глаза: большие, открытые и бесконечно добрые. Такими глазами смотрел на меня Миша. Лиза в ту ночь, разожгла во мне надежду на лучшее, и эта надежда не угасала во мне до дня ее смерти. Я не знаю, как мне жить дальше. Последние события совсем меня вывели из колеи. Я не хочу больше так жить.