Книга Сады Жарден, страница 33 – Сергей Пузырев

— Туберкулез, – кашляя, пояснила Вера. – Я не хочу, чтобы он видел меня такой. Поэтому и приехала, пока еще не слишком заметно.

— Почему ты ему не расскажешь?

— По той же причине, по которой и ты не хотела втягивать его в свои проблемы. Ты же знаешь его. У него слишком доброе сердце. Он начнет жалеть меня. А я не хочу, чтобы на меня смотрели с жалостью. Поэтому не стоит меня донимать, – сказала она со строгостью гувернантки. – Надо найти вам другую одежду. Эти лохмотья никуда не годны.

Тем же утром, вдали от шума городских стачек, Владимир Львович мирно кормил голубей. Его вытянутое лицо сегодня выглядело особенно умиротворенным и довольным. На нем было серое пальто, черные брюки, и серый котелок. В общем и целом он и сам походил на одного из голубей, что слетелись к нему. Появившийся из не откуда Дмитрий с синяком на лбу и свежей раной нарушил воцарившуюся гармонию. Голуби испуганно разлетелись, оставляя за собой лишь мелкие перышки.

— Владимир Львович, я… – начал, было, Дмитрий, но его тут же прервали взмахом руки.

— Дима, убереги меня от лишних подробностей. Что сделано, то сделано.

— Я найду ее и проведу с ней жесткий разговор. Наверняка у нее была веская причина.

— Наверняка, – вздыхая, согласился Владимир Львович. – Иначе зачем она еще по-твоему разнесла дом нашего доброго друга и коллеги? Мы ведем борьбу с прогнившим монархизмом, с его застарелостью и в этом мы ни одни. У нас есть союзники во всех властных структурах, начиная с местных управ и заканчивая кабинетом министров. Все они трудятся на благо нашего общего дела. Все они нам как братья. А Александра поступила своевольно и безрассудно пролив их кровь. И это не хорошо, Дима. Ей придется заплатить за это.

— Владимир Львович, она не знала, что творила. И моя вина в этом есть. Это я виноват.

— Твоя самоотверженность похвальна, мой мальчик, но бесполезна, – мужчина достал маленький пакетик с зерном и рассыпал горсть на земле, приманивая птиц. – Я и ты, и все мы каждый день рискуем жизнями, ради общей цели. А что же делает она в это время? У меня есть связи в полиции, говорят, она связалась с тем офицером. Их часто видели вместе. Боюсь, Александра Григорьевна уже не с нами. Ей не составит труда сдать нас полиции при удобном случае. Да, у нас много союзников, но и противников хватает. Лишние проблемы новой власти будут не нужны.

— Это правда? Все, что вы мне рассказали правда? Саша и, правда, больше не с нами?

— Боюсь, что все именно так, – вздохнув, ответил Владимир Львович. – Такова суровая правда. Как бы больно это не звучало.

— И что мне теперь делать? – тихо, опустив голову, спросил Дмитрий.

— Не тебе Дмитрий, а нам. Ну, же! Взбодрись. Это наше общее дело. Александра Раскова… Возможно сможет нам послужить сама того не зная. Сегодня вечером в Гельсингфорс отправляется поезд, в котором поедет ряд делегатов от финского сената. Печально, что поезд так и не доедет до места назначения.

— Но причем тут Саша?

— Ее объявят террористкой, подорвавшей поезд. Это уж я как-нибудь устрою. Новой власти понадобится сильный внутренний враг. Во всяком случае, так должны думать массы.

— А что с ней будет потом? Если ее схватят, то узнают, что она не виновна.

— Не схватят. Во всяком случае, мы не позволим этому случиться. Ладно, довольно разговоров. Нас не должны так долго видеть вместе. Вот, возьми хлебушка. Пусть думают, что я подкармливаю бездомных. А пока что мне пора, – Владимир Львович поднялся на ноги. – Ах да, Дмитрий, совсем забыл тебе рассказать последние новости. Николай в ставке отрекся от престола. Теперь мы в одном шаге от нашей общей мечты.