Книга На острове любви, страница 78 – Шерил Сойер

— Я никогда не встречал такого непрактичного человека, как ты. Ты ошибаешься — я уверен, что она предпочитает тебя. Но, — Бруссар поднял руку, заметив, что Ги хочет возразить, — она выбрала его своим мужем. Будь ты практичен, то все сразу понял бы: Моргон именно тот партнер, который ей нужен. Не знаю, как объяснить ее выбор, но готов сделать несколько предположений.

— Прошу тебя.

— Конечно, ты помнишь, как мы впервые встретились с ней в этом доме. Не отрицай это, у меня есть глаза. С тех пор она стрелой взлетела вверх по общественной лестнице. Однако откуда она взялась? Ниоткуда. Она будто с неба свалилась. Ги, она авантюристка.

Бруссар впервые за все время их дружбы назвал его по имени, и это не позволило Ги ответить ему колкостью. Внимательно посмотрев на Бруссара, он понял, что тот озабочен и предан ему. Опустив голову, Ги ждал, что тот скажет.

— К тому же нам неизвестно, давно ли она знает Моргона. Видно, они понимают друг друга. Любви тут нет, убежден, но между ними существует тайный сговор. В одном оба похожи, в этом нет сомнений… он тоже авантюрист.

Ги прислонился к каминной полке и подавил желание ударить Бруссара.

— Продолжай. Теперь я готов выслушать все остальное.

— Моргон осмотрителен, богат и становится еще богаче… но нам это уже известно. Несмотря на свое происхождение, он высоко поднялся в казначействе, но сам так не считает. Это опять-таки легко понять. Но Моргон причиняет нам беспокойство в других отношениях. Никто в этом особо не разбирается, однако хотелось бы узнать подробности о некоторых его торговых сделках.

— Никогда не слышал, чтобы Моргон занимался торговлей.

— Он это не афиширует, особенно в Париже. Он торгует преимущественно рабами, хотя у него есть и другие интересы.

— Он работорговец? — изумился Ги.

Бруссар поднял голову:

— Садись, иначе упадешь в камин. Да, он занимается этим, по крайней мере уже три года.

Ги опустился в кресло:

— Она не может не знать этого!

— Не исключено, что знает. Но это вряд ли считается преступлением: нас беспокоят его связи с англичанами. Думаю, месье де Моргон не так щепетилен, чтобы печься об интересах своей страны.

Ги почти не слушал его. Он вспомнил, как Шарлотта, охваченная ужасом, однажды призналась в том, что она рабыня. Трудно представить себе, что она доверила свою жизнь работорговцу.

Анри продолжил:

— Неделю назад мы услышали об одной неприятности, которая сильно затрагивает Министерство иностранных дел. Моргон одержим идеей отомстить своему ближайшему родственнику, плантатору с Наветренных островов. Пару месяцев назад этот родственник зафрахтовал судно, направлявшееся к островам Карибского моря, но у него возникли трудности с его страхованием, хотя судно было битком набито чернокожими рабами. Видно, англичане точно знали, где ждать это судно. Они легко обнаружили его, отвели в Каролину, где, без сомнения, заработали приличную сумму. Плантатор потерял свой груз и вряд ли получил за это компенсацию.

— И что дальше? — устало спросил Ги.

— Англичане явно ждали это судно, ибо выслали ему навстречу три военных корабля. Но это не самое главное. Это судно с рабами эскортировал французский боевой корабль… ты же знаешь, что в последнее время военно-морской флот старается защитить нашу торговлю. Французский военный корабль расстреляли в упор, и он утонул вместе с экипажем. Вряд ли нужно говорить о том, что в военном министерстве подозревают, что наш военно-морской флот используется для извлечения частной прибыли.