Книга Таинственный возлюбленный, страница 132 – Джулия Сеймур

Трибуны были уже заполнены, когда в свою ложу прибыли Их Католические Величества король Карлос Четвертый и королева Мария Луиза. Кроме них в тот знаменательный день посмотреть корриду собралось более пятидесяти тысяч. Множество пестрых нарядов, слепо копировавших костюмы мачо и мах, смешивались с мундирами царедворцев, послов и офицеров; корсажи, широкие юбки и шали дам, чьи тона лишь слегка приглушались прозрачными черными и белыми мантильями, слепили глаза в беспощадно сияющем солнце. С трибун повсюду свешивались красно-желтые полотнища знамен и дорогие ковры. В воздухе гудел несметный хор голосов, торжественно шелестели веера, порхавшие в ловких женских руках, словно бабочки.

При появлении Их Католических Величеств со всеми отпрысками и родственниками правящего дома торжественно зазвучали фанфары, и народ на трибунах почтительно опустился на колени, приветствуя короля и королеву рукоплесканиями. Наконец, королевские особы заняли места в ложе, украшенной гербами дома Бурбонов, после чего вновь зазвучали фанфары, и ворота распахнулись.

Теперь внимание публики мгновенно переключилось на арену. Через широко открытые ворота выехал альгвасил во главе куадрильи^[79] тореро, одетых в облегающие костюмы. Это были матадоры с обнаженными шпагами, за ними двигались бандерильеро с короткими пестро разукрашенными палками, имеющими на концах крючки, капеадоры с пурпурными плащами, конные пикадоры с длинными пиками, а позади процессии ехала ярко размалеванная запряженная мулами телега, предназначенная для вывоза с арены убитых быков.

Потом началось само невероятно волнующее действо. Бык выходил за быком, тореадор за тореадором, и публика разогрелась невероятно. К середине дня праздник уже торжественно входил в свою заключительную стадию.

Из темного загона на слепящий свет стремительно вылетел очередной андалузский бык. На него тут же устремились пикадоры, в чью задачу входило раззадорить животное и приготовить его к бою. Но бык оказался уже и без того разозлен неожиданным ярким светом и неистовым шумом трибун. Буквально через пару минут он пронзил рогами одного коня, потом другого и третьего. Несмотря на это, пикадоры все-таки успели всадить ему в загривок свои пики с короткими наконечниками. Чтобы дать возможность упавшим всадникам выкарабкаться из-под убитых коней и покинуть арену, к быку подлетели капеадоры и стали отвлекать его внимание, размахивая перед носом животного пурпурными плащами. Бык рассвирепел еще больше, игра с каждой секундой становилась все опаснее.

Никто не заметил, сколько прошло времени до того момента, как бык распалился уже до после-дней степени, и настал самый ответственный момент сражения. Но тут на него вышел статный и безукоризненный Педро Ромеро. Он изящно заскользил по арене, выполняя блистательные рекортес^[80], и наконец стремительным и точным ударом вонзил в быка шпагу по самую рукоять. В следующий же момент рыжий гигант свалился на бок и судорожно вытянул могучие ноги. С трибун понеслись восторженные крики, однако большая часть зрителей все же осталась разочарованной. Волнующее зрелище закончилось, на их взгляд, слишком быстро и просто.

Затем арену подмели и выровняли, придав ей первозданный вид. Лишь барьеры и загородки, а также запасные выходы для тореро так и остались истыканными и ободранными. И вот снова на арену вылетел бык, встреченный пикадорами. На этот раз завершающий удар должен был нанести Пепе Ильо.