Книга Запретная королева, страница 219 – Анна О’Брайен

Я тихо усмехнулась: приоритеты Юного Генриха всегда были предсказуемы. В то же время я жалела, что эта книга не от Оуэна; с другой стороны, он точно не прислал бы мне молитвенник. Он выбрал бы для меня книгу с красивыми любовными историями, наверное, валлийскими. И я бы обязательно ее читала, несмотря на то что столь трудное занятие отнимало у меня много времени и сил.

В дверь постучали, и Гилье пошла открывать; мое сердце екнуло. Но оказалось, что это Алиса; она решительно подошла к моей кровати.

— Могу я поговорить с вами, миледи?

Я протянула к ней руку:

— Ах, Алиса, конечно. Развейте мою скуку. Я чувствую себя немного лучше.

Окружающий мир вновь приобрел четкие очертания, я чувствовала себя спокойно и уверенно. Из неприятных последствий вчерашнего дня остались только ушибы на бедре и плече. Больно, но не фатально. Недавние страхи из-за странных симптомов, похоже, исчезнувших после глубокого сна под действием валерианы, также развеялись, оставив лишь слабое напоминание о себе в виде легкого головокружения. По-видимому, я все-таки ошибалась. По-видимому, мои опасения были беспочвенными…

Алиса пододвинула к кровати табурет и отмахнулась от Гилье, предложившей ей вина. Воспитательница моего сына подалась вперед, опершись руками на край кровати; глаза ее были на одном уровне с моими; она почти шептала.

— Позвольте мне взглянуть на вас. – Чуть прищурившись, Алиса тщательно изучала мое лицо.

— И что же вы видите?

— Вы выглядите изможденной, едва не просвечиваетесь насквозь.

— Я отдохну, и все станет гораздо лучше, – заверила я ее. – Мой лекарь сказал…

— Ваш лекарь – просто тупица, не видящий дальше кончика своего носа. Потому я и пришла поговорить с вами, миледи.

— Мне ничего не угрожает.

— Неужели? Думаю, все дело в том, как на это посмотреть.

Все мои страхи, которые я так беззаботно отбросила, тут же вернулись, став в четыре раза сильнее. Если подозрения о том, что проклятье моего отца в какой-то степени лежит и на мне, были обоснованными… Неужели Алиса тоже это видит? Неужели она заметила, что иногда я словно теряю рассудок?

— Если то, о чем я думаю, правда, – продолжала она, – вам определенно нужен совет, миледи. Причем от человека, который не станет выбирать выражения.

— Так чего же вы опасаетесь? – спросила я, боясь услышать ответ.

Должно быть, Алиса заметила мою рассеянность, обратила внимание на вспыльчивость и резкие смены настроения, как ни старалась я это скрыть. Видимо, мои дамы в последнее время так часто сплетничали о моем непостоянстве, что это дошло и до ушей воспитательницы моего сына. Я поймала себя на том, что в испуге схватила ее за руку.

— И что же за недуг гложет меня, Алиса?

— Думаю, вы носите ребенка.

Шок, казалось, разом прогнал мысли из моей головы: ошеломленная, я села на кровати и оторопело уставилась на Алису. Ребенок. Я беременна. Значит, это все-таки было не то, чего я боялась больше всего на свете, – не приступы унаследованного безумия, от которого мне было бы ни за что не избавиться. Возможно, все дело в этом непредвиденном ребенке: именно беременность тревожила мой ум, выворачивала тело приступами рвоты и вызывала смену настроения. Однако я не могла припомнить у себя ни одного из этих симптомов в то время, когда носила под сердцем Юного Генриха. Тогда я излучала здоровье, была спокойна, полна надежд на прекрасное будущее; я не имела ничего общего с постоянно хнычущим, капризным созданием, настолько чахлым, что оно в прямом смысле валилось с ног. Да, вне всяких сомнений, причиной моих страданий было крошечное дитя, которое уже росло во мне.