Книга Запретная королева, страница 147 – Анна О’Брайен

— Если бы я попросила разрешения вступить в брак с человеком невлиятельным, Совет возразил бы, что мой избранник недостаточно знатен, – ответила я с кислой миной. Как же я от всего этого устала! – Брак с простолюдином нарушил бы правила неприкосновенности вдовствующей королевы. Совет вообще не позволит мне выйти замуж. – Я нахмурилась. – К тому же я люблю Эдмунда.

Алиса уже открыла рот, чтобы возразить, но передумала.

— Да, люблю, – упрямо повторила я. – Я люблю его, а он меня.

— Как скажете, миледи.

— Я знаю, что вы думаете. Мадам Джоанна такого же мнения, – предвосхитила я ее упрек в адрес моей любви. – Но у Эдмунда ко мне искренние чувства. Я убеждена в этом. Он ни за что не попросил бы моей руки, если бы не любил меня.

Алиса поджала губы, как делала это, когда отчитывала Юного Генриха за нарушения придворного этикета.

— Спросите себя, миледи, что он выиграет от этого союза.

Я в раздражении вышла из комнаты. Никто не поддерживал меня, никто не желал мне добра. Почему они не видели, что Эдмунд меня любит? Почему не ценили его таланты и личные качества, которые он ради моего удовольствия щедрой рукой бросал к моим ногам, словно россыпь драгоценных камней?

Мне необходимо было его увидеть. Необходимо было получить подтверждение его чувств.

К моей искренней радости, Эдмунд вернулся в Виндзор прежде, чем я утонула в пучинах дурного расположения духа. Сердце мое встрепенулось; вскочив на ноги, я бросилась гостю навстречу, и он заключил меня в свои теплые объятия. Я подняла лицо, и наши губы встретились в горячем поцелуе. Мы еще некоторое время постояли, наслаждаясь близостью.

— Перед таким приемом не устоит ни один мужчина! – воскликнул Эдмунд.

Он наконец оторвался от моего тела и теперь жадно оглядывал его, поглаживая ладонями мои плечи.

— Я скучала по вам.

— Я тоже очень по вам скучал, потому и приехал. Но что это? – Его взгляд остановился на моем лице. – У вас такой вид, будто вы выдержали долгую осаду, – заметил Эдмунд, проводя пальцем по моей брови. – Что заставляло вас хмуриться? Я никому не позволю огорчать мою возлюбленную!

— Здесь был Глостер. Вместе с вашим дядей, – сказала я.

— Знаю, – проворчал Эдмунд. – Дальше можете не рассказывать: я и сам успел получить разнос от Глостера. – Он отошел от меня, чтобы налить эль в две чаши. Отдав одну из них мне, вторую Эдмунд осушил одним долгим глотком и вытер рот тыльной стороной ладони. – Великий лорд был жесток в своих суждениях и слов не выбирал.

— Он говорит, что мы с вами не можем пожениться. Говорит, Совет все равно нас остановит.

— И приводит целую кучу аргументов, почему мы не можем этого сделать, – кивнул Эдмунд. – Перечисляя их по пальцам, столь жадным до власти, Глостер не счел нужным назвать самый главный, который видят абсолютно все, словно это сияющий маяк на вершине утеса. Дело в том, что Глостеру придется отказаться от притязаний на трон, если его вынудят делиться властью с Бофортами. И он готов на все, чтобы не допустить этого. Господи, как же ему хочется завладеть короной!

Эдмунд сурово хмурился, и это портило черты его лица; моему возлюбленному гораздо больше шли веселая улыбка и смех.

— Глостер не допустит, чтобы я приблизился к юному королю – тем более в качестве вашего мужа, – под предлогом того, что наследник может перенять у меня дурные привычки. Или же, когда мальчик подрастет, я стану влиять на его решения, склоняя вашего сына в пользу Бофортов.