Книга Квартира в Париже, страница 103 – Келли Боуэн

— Наверное, бабушка радовалась вашим летним визитам, – предположил он, теребя листок.

— Да. И с возрастом я все отчетливей это понимаю.

Она потерла голые руки.

— Когда я была глупым подростком, терпеть не могла эти поездки. Подруги звали развлечься в Монако, в Испанию покататься на яхте или съездить на экскурсию в Италию, а мне приходилось отказываться, как будто в ссылку отправляли. И никуда не денешься из этой клетки.

— А теперь?

— Теперь я думаю по-другому. В Марселе никто не бросался меня чмокать и тискать, никаких бурных встреч, но grand mère заранее приходила на вокзал и ждала на платформе прибытия поезда. А в моей комнате всегда были свежие простыни, на тумбочке возле кровати букетик лилий в вазочке, а старинный велик, что хранился в сарае, смазан и начищен до блеска. А еще у нее всегда была наготове целая стопка научно-популярных изданий, каждый раз новых, из самых разных областей, с ее пометками, на что стоит обратить внимание, – вспоминая, улыбнулась Лия.

— Так вы заядлая читательница?

— Пристрастилась мало-помалу. Бабушка постоянно твердила, мол, книги читают не для того, чтобы узнать чужое мнение, а чтобы научиться думать самостоятельно. И уж не знаю, случайно так вышло или нет, но со временем меня стало тянуть в этот дом. Конечно, поздновато до меня дошло, но когда знаешь, что всегда есть куда вернуться, становится легче отправляться в путь, как-то уверенней и свободней открывать новые горизонты.

— А ваш дедушка? Вы никогда о нем не рассказывали.

— Я его не застала, он умер задолго до моего рождения, когда мама была совсем юной. Во время войны он попал в плен и сильно подорвал здоровье.

— И бабушка так и не вышла замуж?

— Нет.

Она подбоченилась.

— Я иногда заводила об этом разговор, но она всегда заявляла: «Настоящая любовь бывает в жизни только раз. А если ума не хватает понять, что это она, и беречь как зеницу ока, значит, такого счастья не заслуживаешь».

— Какая-то грустная романтика.

Лия наклонила голову.

— Во всяком случае, впечатляет. – Она кивнула в сторону моря. – От этого вида дух захватывает. Если бы пришлось выходить замуж, лучшего места не найти.

— Если бы пришлось? Мадемуазель Леклер, а вы, оказывается, романтичная особа.

— Кто бы говорил, – засмеялась она.

— Нет, и еще раз нет.

— Помолвлены?

— Нет.

— И ни разу не хотелось?

Листок у него в руках порвался.

— Простите. Опять лезу не в свое дело.

— Ничего страшного, – ответил Габриэль. – Просто для меня на первом месте всегда была работа.

— Вот тут я вас прекрасно понимаю, – сказала она, – и полностью поддерживаю. Хотя подозреваю, что вам гораздо меньше докучают заботливые кумушки, мол, «часики-то тикают», чем мне.

— Боже. – Он выбросил измочаленный листок. – Сочувствую. Иногда кажется, что кругом одни идиоты.

Она очень по-французски развела руками.

— Да я их и не слушаю. Ещё не хватало время и силы тратить.

— А вы? У вас не возникало такого желания? – вдруг брякнул он, сам не зная почему, разве что она первая начала.

— Нет. Никогда нигде подолгу не задерживалась, так что завязывать серьезные отношения было просто некогда.

— А вы бы хотели?

— Чего?

— Остепениться. Вы бы остались, если бы встретили настоящую любовь? Если бы поняли, что это она самая, как говорила ваша grand mère?