Книга Когда играют все, страница 59 – Татьяна Иванова

— Ваше высокопреосвященство, — начал он.

— А почему «высоко»? — прервал его старец, чуть усмехнувшись, — Просто «преосвященства» недостаточно? Подумайте, пре-освященство. Нет?

— Для нас с моим королем — нет, — решительно ответил рыцарь, поудобнее перехватывая рукав одеяния епископа. — Его величество уже видит вас остарийским архиепископом. Я уполномочен передать вам королевское послание.

И де Карседа свободной рукой вручил старцу запечатанный свиток.

— Дон Альвес, отпустите мой рукав, — улыбнулся владыка. — Клянусь вам, я не сбегу. Успокойтесь, вы меня поймали.

Де Карседа выпустил из пальцев ткань рукава, старый епископ взъерошил рыцарю волосы, продолжая ему улыбаться.

— И встаньте уже. Я понял, что вы с нашим королем очень меня уважаете, — добавил он, вскрывая послание Боэланда. Прочел и сразу посерьезнел. Народ на площади, уловив произошедшую в настроении их пастыря перемену, заволновался.

— Тише, дети мои. Дон Альвес привез мне добрые новости, — хорошо поставленным голосом сообщил владыка Леонтий и гораздо тише добавил для посланца короля. — Но на площади их обсуждать не следует. Вы ведь пройдете со мной на трапезу? Проголодались, наверное? Устали меня ловить?

— Я не один. Со мной спутница.

— Давайте сюда спутницу, — благодушно сказал епископ, огляделся и безошибочно выявил чужачку Фенеллу, встретившись с ней взглядом. Та несколько секунд смотрела в лучистые светлые глаза, забыв обо всем. Душа ее встрепенулась и точно рыбкой скользнула из затхлого ведра воды, в котором жила, в оживляющую стихию реки любви, которая текла через душу смотревшего девушке в глаза человека. В себя Фенелла пришла от собственного всхлипывания и с удивлением поняла, что стоит на коленях перед епископом, а слезы неудержимо катятся по щекам.

— Ну что же ты, деточка, — ласково сказал владыка, сжимая ей руку двумя своими. — Вставай. Пойдем со мной. Не выспалась? Я вот тоже третью ночь не сплю. Стариковские немощи.

Простые слова помогли Фенелле взять себя в руки и успокоиться. Она переглянулась с доном Альвесом, осознавая, почему епископа Леонтия так почитают остарийцы. И близко похожего на него человека Фенелла никогда не встречала.

— Вы ведь знаете, о чем мне пишет король, дон Альвес? — тихо спросил владыка, когда они уселись за один из накрытых всяческой всячиной столов, расставленных на площади за собором.

— Да, — подтвердил рыцарь. — Это предложение вам, стать архиепископом Остарии и просьба остановить намечающуюся войну Карласса с нашей страной. Вы не можете не понимать, ваше высокопреосвященство, что захватчики всегда остаются захватчиками. Как бы ни были благородны их идеи первоначально, карлассцы все равно разорят Остарию.

Леонтий ничего не сказал на это. Только вздохнул. Кажется, он гораздо больше, чем де Карседа знал и о готовящейся войне и о благородных идеях, вдохновлявших карлассцев.

— Его величество успел в последний момент, — тихо сказал старый епископ и снова тяжело вздохнул. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы остановить готовящееся вторжение в Остарию. Поверьте, я не желаю его всем сердцем. Но, сомневаюсь, хватит ли моих сил, хватит ли моего влияния, даже теперь с поддержкой короля страны за спиной.

* * *

От Лиенских гор до Вальямареса пришлось добираться на конях. Дон Альвес берег тайну Фенеллы. Вместе с дуэньей и оруженосцами они только через несколько дней попали во дворец. Но как только попали, Фенеллу сразу потребовал к себе его величество Боэланд.