Книга Ностальгия по унесенным ветром, страница 39 – Татьяна Иванова

Розмари с восхищением взглянула на Скарлетт, а в глазах миссис Элеоноры промелькнуло горькое сожаление. Возможно, она вспомнила своего мужа, мистера Батлера, который не в пример Скарлетт, будучи главой семьи, не смог сохранить родной очаг. Ведь Ретт рассказывал, что он держал семью впроголодь, но не хотел примириться с новой жизнью, подобно многим бедолагам доблестной старой гвардии.

— Ну и как, удалось Вам разбогатеть? – Спросила Розмари.

— Да, удалось, не на много, конечно, однако налоги мы платили исправно и имели все самое необходимое.

— И как Вам удалось это сделать? – В глазах Розмари Скарлетт прочла обожание.

— Я тогда решила занять денег и купить лесопилку. Люди начинали заново отстраиваться и иметь лесопилку было очень выгодно.

— Как, сама, не муж? – Невольно вырвалось у Розмари.

— Френк, к сожалению, в это время был болен и прикован к постели. Мне самой приходилось заниматься нашей лавкой, ровно, как и всем остальным. А лесопилку недорого продавал один хороший знакомый Френка, ему срочно нужны были деньги. Не могла же я упустить такую возможность из-за болезни мужа и ждать пока эту лесопилку на моих глазах скупит кто-нибудь другой.

Миссис Элеонора лукаво улыбнулась, старой даме не трудно было разгадать, что Скарлетт сама заправляла делами и болезнь Френка здесь была совсем не при чем.

— Но кто же смог одолжить тебе деньги в то время? – Не унималась Розмари.

— Их одолжил мне Ретт, мы в ту пору были с ним хорошими друзьями.

Глаза Розмари округлились от удивления.

— Не удивляйся, Розмари, именно так все и было – засмеялась Скарлетт.

— Одолжил? Он одолжил тебе деньги и что же, ты ему их возвращала потом?

— Да, я вступила в мир бизнеса по собственному желанию и должна была выполнять свои обязательства, а Ретт был моим кредитором, как же я могла не вернуть ему деньги.

— И тебе это удалось?

— Что? Вернуть деньги Ретту и сохранить лесопилку? Тебя интересует, могла ли я успешно заниматься бизнесом как мужчина?

В этом вопросе Скарлетт усмотрела для себя подозрение, и тут ее понесло. Ей вдруг стало наплевать, как отнесутся к ее занятиям родственники Ретта. – Пусть думают обо мне, что хотят! Решила она. В Атланте все натерли мозоли на языках, осуждая ее, а здесь, в этом чопорном городе, ей и вовсе не поздоровится.

— Да, могла! – Ответила она, – мало того, я купила еще одну лесопилку.

— Ты молодец! Ты просто молодец! У меня никогда не хватило бы духу на такое.

От миссис Элеоноры не ускользнуло и то, как Скарлетт ощетинилась, словно кошка, задетая за живое, и она начала понимать, почему ее сын полюбил эту женщину. Они очень походили друг на друга, ее гордый, непокорный Ретт и эта упрямая, целеустремленная девочка, такая хрупкая и такая сильная.

— Но как же ты смогла все осилить, Скарлетт, ведь такие дела бывали не по зубам даже мужчинам? – Продолжала свои расспросы Розмари.

— Да, было нелегко. Следить за работой управляющих, продавать лес, искать новых клиентов и делать массу подобных вещей, но зато мои близкие не нуждались в самом необходимом! Одежда, еда и кров над головой им были обеспечены.

— Ах, Скарлетт, деточка! – Воскликнула тетя Полин – только благодаря тебе мы с Евлалией не умерли с голоду.

Ну да, конечно – горько подумала Скарлетт – это ты сейчас мне подпеваешь, а тогда все кидались на меня как утка на майского жука. И Вы же, мои дорогие тетушки, получая от меня денежки, вместо благодарности, писали мне нравоучительные письма!