Книга Юная принцесса, страница 96 – Чхве Сагю

— Мы опоздали. Генерал Воль Гван мертв.

Го Гон медленно поднялся и, смерив тюрков презрительным взглядом, осведомился:

— Вы использовали ядовитые иглы?

Один из оставшихся в живых убийц вызывающе посмотрел в ответ на Го Гона:

— Мы пришли сюда убить его, а не мериться в искусстве владения мечом.

— Тогда вы не воины, а просто головорезы.

Го Гон резко выхватил меч и полоснул им по шее тюрка. Затем он повернулся ко второму и посмотрел на зияющую на его бедре рану:

— Все равно с такой ногой тебе не вернуться на родину.

Не глядя на убийцу, Го Гон приставил к его горлу меч.

— Ай!

— Головорезы не должны подавать голоса… Генерал Воль Гван был живой легендой для воинов Когурё. Мы не можем позволить людям узнать, что он пал от ваших подлых рук.

Го Гон приказал Теням сжечь трупы убийц и избавиться от всех следов побоища. Тени занесли все мертвые тела в дом Воль Гвана и подожгли его. Го Гон сидел на лошади и молча наблюдал за ревущими языками пламени, которые пожирали жилище легендарного генерала. После битвы только победителю дарована жизнь. Со смертью генерала отряду Северных Мечей тоже придет конец. Но Го Гон почему-то не чувствовал радости.

Вооруженные воины целый день входили и выходили из дворца Анхак. Сам король пришел проститься с усопшим генералом. Похороны проводились в кабинете Воль Гвана — единственной части дома, которая не сгорела дотла. У генерала не было наследников, поэтому принцесса проводила церемонию и встречала гостей. Воль Гван бы тоже желал этого, он был бы рад.

Чхве Уён, Ли Чжинму и Ким Ёнчоль стояли рядом с принцессой, помогая ей справиться с утратой. Никто не заставлял их делать этого. Но воины покинули убежище, облачились в доспехи и пришли в последний раз выказать своему герою уважение и преданность. Их больше не беспокоило противостояние с Черными Смерчами. Все эти годы они выходили живыми из жесточайших сражений, потому что так приказывал генерал Воль Гван. Но теперь он сам нарушил свой приказ и оставил их одних. Чхве Уён был зол на самого себя за то, что все еще оставался жив.

До сих пор Воль Гван был символом их жизни, доказательством их существования. Он был для них и командиром, и отцом. Многие годы они сражались рядом с ним, делили кров и еду, вместе ставили свою жизнь на кон. Северные Мечи плотными рядами обступили гроб генерала и охраняли его всю ночь, не сомкнув глаз. Другие воины королевской армии, услышав весть о смерти героя, выстроились в длинную линию перед входом в похоронный зал, чтобы отдать ему последние почести.

— Какое горе! Наша страна потеряла своего героя…

— Что же произошло, почему даже слуги генерала погибли в огне?

— Какой же сильный был пожар, раз никто не смог выжить?

Люди, пришедшие на похороны, переговаривались тихими голосами. Ким Ёнчоль почувствовал прилив злости. Генерал Воль Гван кожей ощущал приближение опасности в любом состоянии, даже если был мертвецки пьян и спал беспробудным сном. Такой человек не мог не заметить пожар, который охватил его жилище. Воин кипел от досады и чувства несправедливости, но сейчас ему лишь оставалось молча сдерживать свой гнев.

Среди людей, которые пришли проститься с легендарным генералом, одна группа привлекала особое внимание. Это были крестьяне, дровосеки, угольщики и деревенские женщины, сопровождаемые вездесущим Ондалем. Жители деревни, которых привел Ондаль, отдали уважение Воль Гвану и принялись убираться, готовить еду и кормить посетителей похоронного зала.