Книга Юная принцесса, страница 45 – Чхве Сагю

— Стоять! Наглецы! Как вы смеете нарушать закон и охотиться в личных угодьях короля!

Следом выскочили Ли Чжинму и Ким Ёнчоль. Для двух воинов королевской гвардии несколько браконьеров были легкой добычей, поэтому разбойники оказались связаны в мгновение ока.

Ондаль, который тихо наблюдал за воинами, вдруг приблизился к ним и схватил Ли Чжинму за руку.

— Не вяжи их. Отпусти.

Ли Чжинму почувствовал, что Ондаль пытается выдернуть из его рук веревку, и сделал резкое движение. Но веревка все равно оказалась у Ондаля.

— Ах ты, поганец! Ну-ка, склонил голову! Это личные угодья Его Величества! Хочешь принять наказание вместо этих воришек? — резко крикнул Им Чжонсу.

Но Ондаль и ухом не повел.

— Охота везде одинаковая.

— Что? Как ты смеешь?

Негодующий Им Чжонсу выхватил было меч из ножен, но тут вперед выступил Воль Гван и удержал разбушевавшегося воина:

— Его Величество занимается охотой не для забавы, а ради страны. Это еще один род военных тренировок.

— Эти люди просто хотели накормить свои семьи, они не хотели тебе зла, — внезапно заявил Ондаль, показывая пальцем на поникших охотников.

Заинтересованная принцесса не вытерпела и промолвила:

— Когда перед вами взрослый и почтенный человек, следует обращаться к нему вежливо и учтиво.

— Почтенный? Учтиво? Я такое не знаю. Хи-хи.

Ким Ёнчоль не смог сдержать смеха от простодушной манеры речи Ондаля:

— Ха-ха-ха. Посмотрите на него. Еще больший невежа, чем я.

Ли Чжинму попытался закрыть товарищу рот, но тот ударил его по руке.

— Фу, убери свою грязную руку! Что, уже и сказать ничего нельзя?

Не обращая внимания на их перебранку, Ондаль продолжал уговаривать генерала отпустить охотников. Принцесса мягко улыбнулась и снова заговорила с ним:

— «Почтенный» — это человек, которого уважают, а «учтивость» — это вежливость, понятно?

Ондаль неожиданно внимательно выслушал объяснения принцессы. Он вырос в горах и не знал ничего об этикете и обычаях, но дураком, коим слыл в народе, юноша не был. Люди презирали его за безграмотность и называли дураком. Но наивный Ондаль только радовался тому, что они заговаривали с ним, притворяясь дружелюбными.

— Тогда отпустите их, пожалуйста, почтенный человек! — вежливо обратился он к Воль Гвану, а затем добавил, обернувшись к принцессе: — Так?

— Молодец, ты хорошо умеешь слушать.

— Мама говорит, я хороший.

Теперь даже Воль Гван не смог удержаться от улыбки. Но затем, придав лицу строгое выражение, генерал предложил парню:

— Если я послушаю тебя и отпущу их, пойдешь со мной служить во дворце?

— Не хочу! — отказался Ондаль, не раздумывая ни секунды.

Обескураженный Воль Гван мягко продолжил, не повышая голоса:

— Если ты станешь настоящим мужчиной, сможешь защищать страну. Разве не хорошо?

— Мне сказали, нельзя становиться настоящим мужчиной.

Воль Гван растерялся:

— Кто? Кто так сказал?

— Как это кто? Моя матушка, конечно, — заявил Ондаль, абсолютно не смущаясь в присутствии великого генерала.

Воль Гван же, напротив, потерял дар речи от подобного ответа.

— Ты хотя бы понимаешь, что значит «настоящий мужчина»? — весело осведомилась принцесса.

Ондаль приблизился к ней и обнюхал ее:

— Эй, ты вкусно пахнешь.

— Паршивец! Как ты смеешь? — закричал Им Чжонсу, выхватывая меч, но принцесса остановила его: