Онлайн книга «Светлый град на холме, или Кузнец»
|
— Я прошу тебя. В этих стенах остались два самых дорогих мне человека, дороже которых нет, ты и Эйнар, я прошу тебя спасти обоих. А потом посмотрела мне в глаза. — Позволь мне быть спокойной сегодня, не дрожать о тебе и Эйнаре. Я должна спасти всех, всё, что смогу. Не мешай мне беспокойством о тебе. Обещай, Никтагёль. Я обещал только потому, что она сказала: не мешай мне… Мы спешим, мы рвёмся в Сонборг. Разведка доносит, что вокруг города в несколько колец стоят рати. Нас значительно меньше против них, обошедших нас, протекших мимо к столице. Они сразу задумали это, теперь стало ясно, отвлечь нас, выманить, а тем временем занять Сонборг… Осознание того, что мы идём к нашим семьям, придаёт нам огромных сил. И мы пробиваемся, вгрызаясь, как стая волков в противников. Мы не знаем, что на севере, что с конунгом, сейчас мы идём туда, где остались наши сердца, в нашу столицу. Мы все ранены, но легко, нас лечат лекари, но всем нам кажется, что Сигню лечила бы лучше и это сознание того, что и её, может быть, уже вдову, возможно единственную из йофуров, мы тоже должны спасти, отбив врага от столицы, ещё придаёт нам сил. Даже, налетевшая как ведьма, метель, задержавшаяся нас на сутки, останавливает только потому, что не могут идти ни лошади, ни люди, ослеплённые и оглушённые горизонтально несущимся над землёй злым острым снегом. …Рати Ньорда будто расступаются, пропуская нас. Наконец, мы подступаем к Сонборгу. Стены целы, но ворота распахнуты настежь… Это жутко, потому что в первые минуты город показался совершенно пустым, при этом целым, ни пожаров, ни трупов, никаких разрушений. Но в воздухе сильно пахнет гарью… Доехав до площади, мы поняли почему… Терем сожжён дотла. Не осталось даже остова, он будто вспыхнул изнутри… Только присыпанный снегом чёрный и страшный громадный прогоревший костёр-остов, снег вокруг на площади растаял от страшного жара и уже вновь смёрзся в лёд. Прозрачно-мутный лёд с чёрными разводами. Мы смотрим на то, что было когда-то домом для йофуров, да что там, для всех нас… как он мог так сгореть?! Почему сгорел, если город не разрушен? И где все люди? Живые или мёртвые? На утоптанном снегу, не тронутом пожаром, ближе к библиотеке, Берси с вскриком находит… Я поднял серьгу-лебедь, отлитую из серебра с золотыми крыльями. Эти серьги знакомы всем нам, мы много раз видели их, путающимися в завитках волос у лица Сигню… — Смотрите, — говорит побелевший Берси, — я вот здесь взял… Он показывает место и мы видим кровь, пропитавшую здесь утоптанный снег, уже прикрытый осевшей сажей но не метелью, метель мела над горящим теремом, жар от огня не давал опускаться снегу на площадь, потом припорошило слегка… Крови немного, здесь она не умерла, но… но, чтобы умереть не всегда нужно потерять много крови… Нет терема, нет и Сигню? Свана Сигню… Где наши близкие?! Где наш конунг? Кто ещё жив? Кто умер? Смятение и ужас охватывает нас. — Они ушли… Хаканы, успокойтесь, они ушли! — восклицает Гуннар, видя отчаяние на лицах друзей, сам бледный как смерть, — трупов нет! Даже в огне остались бы тела… Они ушли тайным ходом под теремом… — Тайный ход… — мы смотрим на него с надеждой, — о чём ты говоришь?! Но Гуннар спешит сказать: — Алаи, они ушли! Через подземный ход! |