Книга Ирод, страница 44 – Дан Берг

Идо. Чтобы судить необходимо знанье фактов. Мы удостоимся услыхать улики?

Ирод. Улики имеются в изобилии. Их так много, и они столь бесспорны и тяжелы, что муки сомнений не грозят никому.

Ферор. Уклончив твой ответ, брат.

Ирод. Я большей скромности ожидаю от тебя, помилованный мною Ферор!

Пнина. Я не связана твоею милостью. Мне ответь на вопрос Идо!

Ирод. Есть у меня ответ на вопрос Идо – всему свое время. Пока скажу во всеуслышание – нестерпимо родителю слышать от собственного сына поношение отцовского имени, насмешки, оскорбления.

Дорис. Говори, Ирод, что у тебя на сердце!

Элия. Прежде, чем начнешь, отец, ответь, почему нет здесь братьев моих – Александра и Антипатра? Разве слово защиты первого и мнение второго не важны для непредвзятости наших суждений?

Ирод. Я полагаю, вопрос сей созрел во многих головах. Отвечу всем и тебе, мой славный робкий сын. Александра я не предъявил собранию, ибо он чрезмерно наделен талантом притворщика, слезами разжалобит сердца, и этим может повредить нелицеприятию суда. А что до честного Антипатра, то он слишком любит брата и отца, чтобы свидетельствовать беспристрастно.

Ферор. Где Александр обретается сейчас?

Ирод. Я арестовал его, он пребывает в тюрьме, в надежном месте. Не стану разглашать в каком.

Шуламит. Объясни, с чего же началась твоя с сыном вражда? Ни я, ни Дорис, ни многие другие не знают этого.

Дорис. Мы и впрямь недоумеваем. Казалось бы, ты наделил Александра огромным богатством, обещал власть и корону – и неужели положена тебе такая черная неблагодарность? Не ошибаешься ли ты?

Ирод. Нет, не ошибаюсь. Моя монаршая забота – благо Иудеи и иудеев. Народ мой желает видеть на троне человека царского происхождения. Таков Александр – сын благородной Мирьям, правнук родовитого Гиркана. Следуя воле единоверцев моих, я поначалу завещал корону Александру, хотя Антипатр, как старший сын, имеет больше прав на эту честь. Дорис и Шуламит, не в обиду вам сказано будет, но Антипатр, как и мать его, и род отца его – происхождения простого. К счастью, мой первенец мудро признал интерес государственный выше эгоистического честолюбия и со смирением принял волю мою.

Идо. Так отчего же бунтует Александр? Ведь ты ему назначил венец царя!

Ирод. Честолюбцу сему не терпится усесться на трон. Не хочет ждать Александр естественного хода вещей и потому задумал лишить меня жизни. Не о народе думы его, но о собственном величии!

Пнина. Чего ты ждешь от нашего собрания, Ирод?

Ирод. Александр хочет моей смерти. Вы, родичи, должны помочь мне принять решение – казнить его или назначить ему какую иную кару.

Ферор. Положим, ты убьешь сына. Сойдут ли мир и спокойствие в душу твою?

Ирод. Вопрос сей терзает отца. Убить чадо – убить себя! Победа над детьми есть горькая победа. Вихрь и гром в душе моей. Бедствия сжимают голову седую. Я жертва воли злой, что реет надо мною. Готов был сыну царство подарить, не жизнь! В сердце преступника змея свернулась и ждет часа своего. За что мне это? Я не так перед другими грешен, как другие!

Элия. Отец, ты заговорил почти стихами! О, как мне жаль тебя. Догадываюсь, должно быть, страшно тебе на что-либо решиться! Подсказка нашего собрания не оградит совесть твою, не уничтожит страх твой.

Ирод. Элия, ты лучше всех понимаешь отца, взор твой до дна души моей проникает!