Онлайн книга «Йони и Шош»
|
— Советник из меня навряд ли вышел бы, а висячие сады царские я мог бы сторожить! — Шучу я, дружище! Тебе – моя благодарность. А теперь кликни хозяйкиных служанок. — Всех? Их больше десятка! — Так много? Позови пока старшую. * * * — Мир тебе, женщина! — Мир тебе, великий Даниэль! Страшно мне с мужчиной разговаривать. — Я вреда тебе не сделаю, только простые вопросы задам. А ты должна отвечать честно, ничего не скрывая и не прибавляя. Помни, ложное свидетельство, и утаивание правды жестоко караются законом! — Ой, страшно мне! Отпусти, миленький! — Отпущу, когда расскажешь мне, что знаешь. И ничего не бойся. Правду объявить – не стыдись говорить! — Спрашивай, Даниэль. — Где Иоаким? — Он последние недели всё молится, и днем и ночью из молельного дома не выходит. И сейчас он там. — А хозяйка твоя где? — Она с утра к Хилкие пошла, к отцу своему. Новые платья примеряет. — Ты говоришь, что Иоаким ночами пребывает в молельном доме. А где почивает Шош? Одна в супружеской спальне? — Нет, на такой случай у нее своя спаленка есть. Шош боится по ночам оставаться одной, поэтому я в ее комнате укладываюсь. Иоаким знает и одобряет. — А если б она ночью вышла в сад, ты бы услыхала? — Никто ночью в сад не выходит, сторож выпускает злющих собак. — Давай говорить о последнем месяце. Допустим, по какой-то причине Шош покинула комнату, в сени или еще куда вышла, ты бы заметила? — В последний месяц – нет, не заметила бы. — Почему? — Муж мой на побывку с войны вернулся. Хочет, чтобы я с ним дома ночевала. Я привела вместо себя младшую сестру, девчонку. Шош согласилась. Но сестрица моя спит как убитая, бесполезно тебе с ней говорить, ничего не добьешься. Другие служанки живут в своих домах. Сюда являются утром, уходят вечером. — Стало быть, ты не знаешь, покидала ли Шош спальню по ночам в последнее время? — Не знаю. — А ежели ночью пожар в доме случится, как домашним спасаться, куда бежать? В саду ведь лютые псы! — Слыхала я, что у хозяев есть тайный подземный ход из дома прямо за ограду сада. Где этот ход – не знаю. — Когда Шош купается, девушки закрывают пруд полотнищами. Зачем? — Как это зачем? Чтоб никто не подглядывал! — Так, вроде, чужих мужчин-то в саду не бывает днем? — Чужих не бывает, а сторож? — А из-за ограды можно подглядеть? — Не знаю. — Позови девушек, пусть встанут вокруг пруда с полотнищами, а я пройдусь вокруг ограды и сам проверю. — А меня ты отпускаешь? — Ты можешь идти. Спасибо. * * * Даниэль обошел сад снаружи. Убедился в правоте сторожа: из-за ограды пруд глазу не доступен, и ничего углядеть нельзя. Теперь ложь старцев больше не вызывала сомнений. “Не удивляюсь, что Тевель и Юваль так смело врали мне, – размышлял Даниэль, – дескать, видели, как Шош прелюбодействует в саду – ведь о мохнатых ночных сторожах им ничего не было известно. А когда в доме у Иоакима на исходе субботы они оговорили Шош, то, к счастью своему, не назвали места, где происходило мнимое святотатство – иначе хозяин сразу уличил бы их во лжи!” “Судьи, по словам охранника, не приходят к Иоакиму днем, – продолжал рассуждать дознаватель, – а из-за ограды пруд не виден. Откуда же они могли подглядывать? Даже если бы без ведома сторожа оказались они в саду во время купания хозяйки, то сквозь полотнища ничего бы не узрели, и Шош это знает. Примем также во внимание, что проблемные старики навряд ли стали бы домогаться близости с молодой женщиной. Я все больше сомневаюсь в правдивости слов Шошаны!” |