Книга Преступление Ахана, страница 27 – Дан Берг

— Входи, голубушка! — ответила Рахав, и волнение служанки почему-то передалось хозяйке.

— Госпожа, я принесла важную весть!

— Говори скорей!

— Прибыл посланец от Йошуа. Верхом на коне. Велел передать тебе, мол, сегодня в полдень у них в лагере важная встреча с нашим кланом, тебе и брату твоему быть непременно!

— Как выглядел вестник?

— Нарядный, радостный. Передал впопыхах новость и поскакал обратно.

— Нарядный, радостный! Как думаешь, душенька, что за встреча ждет нас?

— Думаю, Йошуа собрался жениться на тебе. Не иначе, о свадьбе будет разговор!

— Похоже на то. Кажется, сбывается! Побегу за Накманом. А ты пока приготовь лучший мой наряд и сама приоденься. Решено: принимаю их веру и по дороге Накмана уговорю.

Не чуя ног под собою, Рахав помчалась на опушку леса, где на камне восседал Накман в привычной горестной позе, размышляя о несчастной судьбе жены и деток.

— Эй, Накман, — прокричала Рахав, еще не добежав до брата, — вставай, наряжайся, едем в иудейский лагерь!

— Чего случилось опять? Наряжаться-то зачем? — изумился Накман.

— Мы приглашены. Йошуа меня замуж берет. О свадьбе будем сговариваться!

— Дождалась, значит. А я причем? Твой праздник.

— Ты — брат. У них так заведено — мужчина в семье главный, ты должен одобрить.

— Ладно, поеду.

— Нос кверху! Всем нам хорошо будет!

* * *

На широкой поляне, неподалеку от шатра Йошуа, расположились иудеи в ожидании гостей. Сам вождь восседал на красивом трофейном стуле, захваченным в одном из богатых домов покоренного Йерихо. Рядом с ним стоял Калев, на лавках расположились старейшины, на траве сидели командиры, бойцы, слуги. Никто точно не знал причину собрания, но настроение у всех было приподнятое, какое случается в предчувствии дележа военной добычи.

Показался конный поезд. Впереди степенно ехала крытая разукрашенная повозка, запряженная парой лошадей. Внутри нее сидели разодетые Рахав и Накман. Далее громыхали три-четыре подводы, на которых расположились важные члены клана.

Распорядитель собрания помог гостям сойти на землю, указал им места на лавках и на траве. Рахав и Накман уселись на стулья напротив Йошуа и Калева. Лицо Накмана выражало апатию, глаза Рахав сияли.

Не вставая со своего места, Йошуа громогласно произнес: “Гости и хозяева, иудеи и язычники! Мой старинный друг Калев имеет сообщить всем и каждому весьма важные новости, которые кого-то обрадуют, других приведут в замешательство, а иных потрясут. Приступай, Калев!”

Калев вышел на середину лужайки и приготовился говорить. Несколько озадаченные неожиданным началом, хозяева и гости приготовились слушать. Удивленные Рахав и Накман переглянулись.

— Всем собравшимся здесь хорошо известно, — начал Калев, — что мы, иудеи, избранный Богом народ, завоевываем эту землю, по праву, данному нам Господом. Мы одержали блестящую победу в Йерихо, но, к несчастью, потерпели поражение в Ае.

— Неужто у иудеев брачные переговоры начинаются с перечисления военных побед и поражений? — шепнул Накман сестре.

— Удивлена не меньше тебя, — ответила Рахав брату.

— По повелению Всевышнего, — продолжил Калев, — мы с помощью жребия провели расследование, которое показало, что один из наших офицеров, Ахан его имя, совершил тяжкое преступление, присвоив себе принадлежащее Господу имущество. Гневаясь на свой народ, Бог временно приостановил содействие нам.