Книга Избежать судьбы второстепенной героини, страница 19 – Канна Шорен

— Ваше!.. А! — только и успела проговорить я, едва подойдя к нему.

Ричард сильной и мощной ладонью схватил меня спереди за горло и припечатал к дереву, неприятно и больно ударив затылком и спиной о кору. В начале я слегка испугалась, не каждый же день тебя таким варварским методом пытаются задушить. Но вскоре вцепилась в его ладонь своими руками, пытаясь отодвинуть или убрать, но куда там! Силищи в этом придурке было очень много.

— Ваше… Высо…чество… — хрипела я, он сильно давил мне на гортань, говорить было тяжело.

— Чёртова шлюха! — прошипел он мне на ухо, обдав тяжёлым запахом нечищеных зубов и табака. — Посмела отцу моему нажаловаться⁈

— Э…это… не… я… — просипела в ответ, начав царапать кожу на его ладони, стараясь сделать больно, чтобы отпустил.

— А кто ж ещё⁈ — Ричард сдавил горло пальцами сильнее, дышать стало невозможно. — Не надейся, женой ты моей не станешь! А если и станешь, я и пальцем не коснусь тебя! Будешь бесплодной, униженной всем двором королевой, которую потом казнят за государственную измену! Таков будет твой конец! А я женюсь на Элизе, и никто не помешает мне…

Весь монолог он произнёс, смотря, как я пыталась урвать у жизни ещё мгновения, жадно хватая воздух ртом, словно рыба, выброшенная на берег. Я боялась умереть. Боялась потерять столь сложно полученный благодаря прошлой Амелии шанс на новую жизнь, второго такого не будет. В глазах темнели круги, слух подводил, отчего слышалось всё уже словно сквозь пелену, последнюю часть речи уже слабо различала, сознание уплывало. Ричард «благородно» отпустил моё горло ровно перед тем, как я окончательно потеряла бы сознание.

Кислород обжёг горло, заставив оглушительно закашлять, издавая лающие звуки. Сил в ногах не было, отчего благополучно рухнула на землю, повалившись на траву, содрогаясь от резко выступивших слёз и пытаясь нормально дышать, несмотря на невыносимую боль в лёгких. Богиня, как я ненавидела и желала в этот миг смерти такому конченному ублюдку, как он!

— Ты чёртова подстилка моих родителей! Бедная, ничтожная и страшная! Никто в здравом уме не свяжет свою жизнь с таким ничтожеством, как ты! — бросил в злости он, следом ударив носком сапога по моим голеням, вырвав из моего горла сдавленный крик и новый поток слёз. — Лучше б ты сдохла! — и, перешагнув через моё бренно лежащее тело, ушёл, оставив содеянное в тайне.

Едва Ричард исчез средь деревьев, изнутри вырвался не крик, нет, рёв. Громкий, полный отчаяния и злости. Слёзы душили и застилали взор, а пальцы хватали траву, вырывая её вместе с корнями из-под земли. Я швырялась в разные стороны со злостью комьями грязи, выплёскивая возникшее чувство ужасающей ненависти, но из-за пережитого сил почти было немного, и большая часть земли оказывалась на благополучно испорченном, некогда молочном платье.

— Я убью его! — прошипела я, зашедшись кашлем. — Сравняю с землёй! В асфальт закатаю!

Рыдания совсем заполнили моё нутро, вырвавшись оглушительным плачем и тихим из-за сорванного голоса. Спустя неизвестное, но явно небольшое время меня немного отпустило. На слабых руках я неспешно поднялась, сев, с огромным трудом перенесла тело к стволу и прислонилась к нему спиной, вытянув ноги. Сил не осталось. Лишь горючие слёзы продолжали медленно сползать по щекам и падали на опущенные на колени руки.