Книга Ключ к Эверленду. Хроники Вигора, страница 61 – Юлия Васильева

— О, я их очень люблю! У них в панцирях разноцветный мармелад, смотри, — она достаёт из коробки ещё одну улитку, и прожилки на её "домике" — оранжевые, в отличие от зелёных, что держит девушка в другой руке.

— Я рада, что удалось тебя порадовать.

— Да, очень, — задумчиво говорит Ле-Клерк и отправляет в рот печенье. — Спасибо. Не за печенье, разумеется, а за то, что за долгие годы одиночества я наконец-то могу с кем-то поговорить.

Сначала мне становится грустно и больно, но затем приходит злость и в самом конце осознание, что я могу хоть что-то исправить. А потому я откладываю тяжёлые разговоры на потом и развлекаю Эжени забавными историями из своей жизни. Она истосковалась по жизни, что бежит ручейком, а не стоит озером и впитывает каждый сюжет. Блондинка смеётся так неожиданно громко, что я не могу сдержать собственный смех.

К моему изумлению, она рассказывает и о себе. Принцесса была той ещё сорвиголовой в детстве. Она меняла банки с приправами на кухне, прятала вещи рабочих, подшучивала над своими учителями.

— И тогда Гаспард поймал меня по отпечаткам тех ботинок, что сам дарил мне совсем недавно в мой день рождения.

— Гаспард?

— Ну да, муж мамы, — беззаботно поясняет Эжени.

— Муж мадам Ле-Клерк Гаспард?

— Угу, месьё, что ты встретила на вокзале.

У меня в голове уже не умещается всё их семейное хитросплетение. Мы не подруги, чтобы я могла просить её разложить мне всё по полочкам, но отчего-то спросить об этом у Жизель кажется мне уместным. Эжени всё ещё рассказывает истории детства, и мне просто неприлично долго отвлекаться на рассуждения, поэтому возвращаю внимание ей. Вскоре принцессе настаёт пора бежать обратно в ту свою жизнь, что у всех на виду, и мы прощаемся.

Я остаюсь, чтобы позвонить домой. Отвечает мама.

— Мам?

— Милая! Я так давно тебя не слышала, и как они только живут без мобильной связи...

Спустя четверть часа самого нормального за последнее время разговора я покидаю дом Эжени. Скоро я вернусь домой, и от этой мысли внутри всё разъедает. Как могли уместиться на таком крошечном клочке земли два таких разных мира? А что будет со мной и Эдмондом? Что теперь будет с нами? С досады пинаю увесистый камень, заблаговременно зная, что это поцарапает обувь, а я терпеть не могу небрежность. И пусть!

Я понимаю, почему так медленно продвигаюсь в поиске, я и не ищу по сути, я просто стараюсь заякориться здесь. Но чем больше проходит времени с моего приезда в город, тем сильнее укрепляется понимание, что его нужно сберечь.

Мне нужно зайти за продуктами, но у лавки Лили замечаю знакомый Renault Frégate, удача не иначе. Хозяйка обнаруживается перед прилавком с парой бумажных пакетов с продуктами.

— Привет, Жизель.

— Лия? — Цыганка недовольно выгибает бровь. — Здравствуй.

И я могу её понять. Она сгорала от любопытства, ожидая моего звонка, которому не суждено было случиться. Но разве я виновата, что на меня обрушился целый шторм событий за эти несчастные пару дней?

— Ты не могла бы подвезти меня с пакетами до дома? — Ищу точку перемирия я.

— Но у тебя нет никаких пакетов, Лия.

— Ну так давай их соберём? К тому же нужно взять какую-то еду к чаю, на который я хочу тебя пригласить. Есть новости. — Она всё ещё злится, но кроме этой эмоции я вижу в глазах уже знакомую мне тоску.